Глаза Милы затравленно метнулись с непреклонного лица своего бога на его черноглазую спутницу — ехидно скалящуюся, не скрывающую злорадства. Полыхнули звериным бешенством, от которого даже Огнезору на миг стало не по себе, — и потухли вдруг, пустые, почти покорные.
— Как прикажешь, — сквозь зубы процедила жрица. Шагнула было прочь, но замерла перед Славой.
— И тебя благословляю, госпожа охранница! — прошипела столь многообещающе, что всякий бы на месте черноглазой насторожился.
Но та лишь издевательски хмыкнула вослед.
— Надеюсь, оно того стоило! — раздраженно буркнул Огнезор.
Женщина ему не ответила.
Высокие лорды уже разминали украдкой застывшие от многочасового сидения телеса да тянулись с облегчением к выходу. Илан со своим грозным охранником давно скрылся из виду. Амареш что-то рычал двум стареньким храмовым патриархам; те кивали, озабоченно, но слишком неуверенно, косились на благостного, как всегда, Гутора, вздыхали и разводили руками. Несложно догадаться, о чем велась речь.
Это представление Гильдмастер не стал досматривать.
Мила, как и было договорено, ждала их у храмовой стены. Понурая и злая. Встрепанная сверх меры. Испуганная.
Никакой воспитанницы рядом с ней не было.
Огнезор почти знал, что она скажет. На губах уже горчило неприятно от привкуса неведомой пока беды.
— Я, кажется, просил предъявить мне твое юное дарование, высокий мастер? — выныривая из тени, проговорил он обманчиво мягко. — Или мои просьбы уже не обязательны к выполнению?..
Жрица лишь сжалась сильнее — столь виновато, что даже Слава вдруг не на шутку занервничала.
Что-то явно шло не так, как следует…
— Я не могу этого сделать, мой мастер, — справившись с собой, в конце концов, хрипло отозвалась Мила. — Девушки… нет нигде в Храме. Я почти уверена, что мерзавка сбежала.
И Гильдмастерово чутье на неприятности взвыло после этих слов раненым волком.
Первые лучи восхода уже изломами золотили крыши окрестных домов, но пока не коснулись сада, остановленные крепкой храмовой стеной. Черные предрассветные тени обнимали Огнезора за плечи, делая его фигуру устрашающей — и так некстати заставляя Славу вспомнить все мрачные сказки о Ледяном Дьяволе, в которых — слишком хорошо она знала! — вымысла было столько же, как и правды…
Проклятие, она действительно боялась!.. Конечно, не в Гильдмастере здесь было дело: собственная вина злорадно шипела, подняв голову. И сейчас отчаянно метались Славины мысли в поисках того, на кого бы свой грех свалить.
Мила подходила идеально.
— Я все еще жду объяснений, — угрожающе нарушил краткую тишину Огнезор. — Какого дьявола вы двое опять затеяли?
Он, кажется, начинал всерьез злиться — и, пока Славина сообщница тщетно подбирала слова, сама она предпочла, в который уж раз, взять опасное дело в свои руки.
— Мила втайне от тебя провела на своей воспитаннице эксперимент… весьма щекотливый, — успокаивающе положив ладонь на плечо мастера, быстро заговорила женщина. — Я это обнаружила, случайно. Вот, решила, что ты должен знать… Думала, мы сразу здесь и разберемся, но… — она красноречиво помолчала. — Это не так срочно, Огнезор, — продолжила вкрадчиво, мягко погладив пальцами колючее шитье на его парадном камзоле. — Да и до того ли тебе теперь? Позволь нам с Милой все уладить…
Почти брезгливо отбросил он от себя ее руку.
— Ты права, Слава, — проговорил с обманчивым спокойствием. — Мне сейчас не до того… Так что… у вас есть время. До коронации. Но… — его взгляд полоснул по их бледным лицам, голос снизился до грозного шипения, — я устал уже от ваших игр! И если даже спустя два месяца не получу объяснений (подробных и правдивых объяснений, госпожа высокий мастер!), то я ВЗЛОМАЮ ВАС ОБЕИХ, КО ВСЕМ ДЬЯВОЛАМ!..
Ледяным колким гневом веяло от его слов — и Слава дрогнула. Отшатнулась враз, вытаращившись с изумленным неверием.
— Ты не посмеешь! — дернулась было возразить. — Это… нелепо… мерзко… незаконно, в конце концов!..
— Еще и как посмею! — перебил он злорадно и яростно. — Мне нужны верные люди за спиной — а я давно уже не верю ни одной из вас!.. И да, не волнуйся насчет законности! Специально для Совета я отыщу хоть дюжину причин да еще с полдюжины предписаний… Ты знаешь меня, Слава! Не рискуй!..
— Как прикажет мой мастер, — скривила губы женщина, достаточно оскорбленная его враждебностью, чтоб окончательно заглушить в себе робкое чувство вины.
— Вот и договорились, — подытожил Огнезор с неожиданным спокойствием. И произнес, склонившись к самому Славиному уху. — Ты ведь должна была следить за ее безумствами, а вовсе не принимать в них участие!
— Порой одно без другого невозможно, — процедила Слава, чуть смягчившись от его доверительного тона. — Я все устрою, обещаю тебе!
Мила неодобрительно мазнула по ним взглядом да уставилась хмуро себе под ноги.
— Что ж, я предупредил, — голос мужчины опять стал холоден.
