Уже дважды голлисты были вынуждены обращаться за помощью к этой организации, и оба раза ее помощь оказывалась ценной, хотя и обходилась довольно дорого. "Союз чести" всегда требовал ослабить полицейский контроль за их преступной деятельностью. В августе 1944 года корсиканцы помогли союзникам высадиться на юге Франции, и с тех пор они практически завладели Марселем и Тулоном. После апрельских событий 1961 г. они снова помогли французскому правительству, сражаясь против ОАС и алжирских поселенцев, протянув после этого свои щупальцы дальше на север Франции и даже в Париж.
Как полицейский Бувье ненавидел эту братию, но знал, что Служба "Действие” часто пользуется услугами корсиканцев.
- Думаете, они могут нам чем-нибудь помочь? - спросил министр.
- Если этот Шакал действительно так хитер, - ответил Роллан, - то мне кажется, что уж если кто-то в Париже и сможет отыскать его, так это "Союз чести".
- Сколько их сейчас находится в Париже? - все еще нерешительно спросил министр.
- Около 80 тысяч. Некоторые из них служат в полиции, на таможне, в CRS, Секретной Службе. Но большая часть, конечно, находится в подполье. И организованы они действительно по-настоящему.
- Хорошо, - согласился министр. - Попробуйте задействовать их. Но будьте предельно осторожны.
Больше предложений не последовало.
- Тогда на сегодня все. Комиссар Лебель, все, что от вас сейчас требуется, это только его имя, описание внешности и фотография. А уж после этого я не позволю ему гулять на свободе больше шести часов.
- Вообще-то у нас есть еще три дня, - проговорил Лебель, оторвав взгляд от окна.
Все присутствующие испуганно посмотрели на него.
- Откуда вам это известно? - спросил Макс Ферне.
Лебель смущенно заморгал.
- Я должен извиниться, господа. С моей стороны было глупо не догадаться об этом раньше. За прошедшую неделю я убедился в том, что у Шакала есть свой определенный план и он заранее рассчитал день покушения на Президента. Что помешало ему превратиться в пастора Йенсена сразу же после того, как он покинул Гап? Почему он сразу не отправился в Валенсию и не сел на парижский поезд? Почему после прибытия во Францию он вот уже целую неделю болтается здесь без дела?
- Так почему же? - нетерпеливо поинтересовался кто-то.
- Да потому, что он наметил определенный день, - ответил Лебель. - Он знает, когда лучше всего можно нанести удар. Комиссар Дюкре, не намечено ли у Президента каких-нибудь публичных мероприятий за стенами дворца на сегодня, завтра или субботу?
Дюкре отрицательно покачал головой.
- А как насчет воскресенья, 25 августа?
Присутствующие ахнули.
- Ну конечно, - выдохнул министр. - Это же День освобождения! С ума сойти, ведь многие из нас были вместе с ним в этот день еще в 1944 году.
- Конечно, - согласился Лебель. - Наш Шакал неплохой психолог. Он рассчитал абсолютно точно. Это единственный день в году, когда Генерал, несмотря ни на что, всегда выступает перед народом. Это, так сказать, ЕГО день. Этого-то и ждет убийца.
- В таком случае, он у нас в руках, - произнес министр с некоторым облегчением. - Он лишился своего единственного источника информации. Нет такого уголка в Париже, где он мог бы сейчас спрятаться. Никто из парижан даже непреднамеренно не укроет его. Он наш. Комиссар, дайте нам его имя.
Клод Лебель встал и направился к двери. Следом за ним поднялись и остальные. Близилось время ленча.
- Да, еще кое-что, господин комиссар, - остановил Лебеля министр. - Как вы догадались установить подслушивающее устройство на домашнем телефоне полковника Сен-Клера?
Лебель обернулся и пожал плечами.
- Все очень просто. Вчера вечером я установил их на все ваши телефоны. Всего хорошего, господа.
В пять часов вечера, сидя на террасе кафе на площади Пляс де л'Одьон за кружкой пива, Шакал с безразличным видом рассматривал посетителей сквозь стекла темных очков, таких же, какие были на всех прохожих в этот солнечный день. Неожиданная мысль пришла ему в голову, когда взгляд его упал на двух молодых парней, прогуливающихся по площади. Он уплатил за пиво и вышел из кафе. Пройдя по улице, в сотне метров от кафе он обнаружил то, что искал, - дамский салон красоты. Шакал вошел внутрь и сделал необходимые покупки.
В шесть часов вечера первые страницы вечерних газет уже пестрели броскими заголовками: "Убийца баронессы скрывается в столице!" Ниже помещалась фотография баронессы де ла Шалонье, сделанная пять лет назад на балу в Париже. Фотография была найдена в Агентстве Печати. В 18.30, держа в руке последний выпуск "Франс суар", полковник Роллан вошел в небольшое кафе на улице Вашингтона. Чернобородый бармен посмотрел на него пристальным взглядом и сделал знак мужчине, сидевшему в глубине зала. Тот подошел к стойке и обратился к шефу Службы "Действие":
- Полковник Роллан?
Полковник кивнул.
- Пожалуйста, идите за мной.
С этими словами он направился к двери в глубине кафе. Вскоре они очутились в небольшой гостиной на втором этаже. Очевидно, это была квартира хозяина заведения. Дверь закрылась, и навстречу им из кресла поднялся еще один человек и протянул руку полковнику:
