– У одной из женщин с острова нашли огромное количество рогипнола в мягких тканях.
– Как и в телах из спальни в Сен-Жовите.
– Точно.
Еще одно воспоминание вырвалось на волю, когда Лоу произнес название наркотика.
Северный лес. Вид с воздуха на дымящийся альпийский домик. Луг, тела в саванах расположены по кругу. Люди в форме. Носилки. «Скорая помощь».
– Помнишь Орден Храма Солнца?
– Сумасшедшие сектанты, коллективно покончившие с собой?
– Да. В Европе погибло шестьдесят четыре человека. В Квебеке – десять. – Я заставила свой голос звучать твердо. – Некоторые из домиков должны были взорваться и сгореть.
– Да. Я думал об этом.
– В обоих случаях найден рогипнол. Многие из жертв переварили наркотик прямо перед смертью.
Пауза.
– Думаешь, Оуэнс строит новый «Храм»?
– Не знаю.
– Думаешь, они торговцы?
Торговцы чем? Наркотиками или человеческими жизнями?
– Возможно.
Некоторое время мы молчали.
– Я проверю через ребят из Морин-Хайтса. А сейчас постараюсь прикрыть богадельню Дома Оуэнса.
– И вот еще что…
В трубке слышалось легкое потрескивание.
– Ты слушаешь?
– Да.
– По оценке Уэста, женщины умерли три-четыре недели назад.
Я тяжело дышала в трубку.
– Пожар в Сен-Жовите произошел десятого марта. Завтра первое.
Я слушала треск, пока Райан занимался подсчетами.
– О боже! Три недели назад.
– Кажется, происходит что-то ужасное, Райан.
– Вас понял.
Гудки.
Когда я потом оглядывалась назад, мне казалось, что после нашего разговора безумные события посыпались одно за другим, постепенно набирая скорость и превращаясь в водоворот, который затягивал все вокруг. Меня в том числе.
Тем вечером я засиделась на работе. И Хардуэй тоже. Он позвонил, когда я вытаскивала из конверта отчет о вскрытии.
Я кратко описала верхний труп и сообщила предположительный возраст нижнего.
– Подходит, – сказал он. – Ей было двадцать пять.
– Ты знаешь, кто она?
– Мы сумели снять один разборчивый отпечаток. По местным картотекам штата ничего, поэтому его послали в ФБР. В их архивах тоже ничего. Странное дело. Не знаю, что меня подтолкнуло, может, вспомнил, что ты там работаешь. Когда парень из Бюро предложил проверить через канадскую полицию, я решил: черт с ним, пусть проверяет, и будь я проклят, если она не окажется канадкой.
– Что еще узнал?
– Минутку.
Послышался звон ключей, потом шорох бумаги.
– Материалы пришли сегодня вечером. Дженнифер Кэннон. Белая. Рост – метр шестьдесят семь, вес – пятьдесят девять килограммов. Темные волосы. Зеленые глаза. Не замужем. Последний раз видели в живых… – он посчитал в уме, – два года и три месяца назад.
– Откуда она?
– Сейчас посмотрю. – Пауза. – Калгари. Где это?
– На западе. Кто объявил о ее пропаже?
– Сильвия Кэннон. Адрес в Калгари. Значит, ее мать.
Я дала Хардуэю номер пейджера и попросила позвонить Райану.
– Когда поговоришь с ним, скажи, чтобы он мне перезвонил. Если здесь меня не застанет, пусть звонит домой.
Я сложила и заперла кости с Мертри. Потом засунула дискету, бланки, отчет Хардуэя о вскрытии, фотографии и листы с компьютерной томографией в дипломат, закрыла лабораторию и уехала.
