А на кухне пятнышко пены зашевелилось и стало понемногу расширяться.
Почуявший тепло мутант-59 проснулся.
Сложные биохимические сигналы побудили неподвижную протоплазму клеток вновь начать пульсировать и делиться. Бросая вызов законам Дарвина, каждое новое поколение не только наследовало успехи предыдущего, но и находило собственные способы вспарывать молекулы пластмасс, добывая энергию для дальнейшего существования. Мутант научился все шире обращать себе на пользу творения рук человеческих. Проснувшиеся клетки усвоили остатки недоеденной пищи вокруг себя, в раковине образовались пузырьки газа. Один из пузырьков беззвучно лопнул, и несколько мельчайших капелек брызнуло на сушильную доску, которую Джек собственноручно покрыл самоклеящимся пластиком.
В то же мгновение капельки как бы впитались в пластик и исчезли.
Очнувшись в полумраке гостиной, Джек заметил одеяло на коленях.
— Спасибо. А тебе-то тепло?
Она кивнула.
— Как ты думаешь, это надолго?
— Откуда я знаю! Наверное, наведут порядок. В больнице святого Томаса целую кучу ученых старикашек собрали…
— Словно во время бомбежек, верно?
— Ну нет, ведь тогда это длилось целых два года…
— Не знаю, как мы протянем. Керосина у нас литров десять, не больше.
— Все будет хорошо, родная. Я немного позже схожу на этот, как его там, пост и выясню, что творится. Они, похоже, все продумали. У меня тут где-то была инструкция… — Он вытащил сложенный вчетверо листок коричневатой бумаги, по которому бежали жирные черные строчки. К листку была приколота крупномасштабная схема центра города.
— Вот она, я тебе сейчас прочту.
Он принялся разбирать слово за словом. От свечи на бумагу ложились блики, тяжеловесные фразы звучали в его устах нелепо и неестественно.
