ВНИМАНИЕ – это не учения! Армия вампиров приближается к городу. Они не боятся солнца. Повторяем – они не боятся солнечного света!Отбросьте распятья, осиновые колья и серебро – не поможет. Используйте огнестрельное оружие и не жалейте патронов.Опасайтесь тех, кто рядом – в любой момент они могут убить вас ради вашей крови. Эти чудовища безжалостны!Помните: вампиров можно убить, они не неуязвимы. Без чистой крови они сходят с ума за двадцать часов. Вы должны продержаться это время, вооруженные силы на подходе.Переживите этот день – впереди долгая ночь…Примечания автора:Не ждите обычного вампирского романа. Лучше вспомните боевики восьмидесятых...
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: РЕЙС 263
1. Номер Два
Полёт. Опять снится полёт, снится самолёт. Что за самолёт и куда летит? Чёрт знает, просто самолёт в безоблачном небе. Скорее всего, военно-транспортный борт, возможно, тот самый, с которого для меня всё началось.
— Пятнадцать минут!
Надо просыпаться, предупреждение не оставляет другого выбора. Открываю глаза: действительно самолёт, но не грузовик, а пассажирский. Я сижу в узком кресле туристического салона, откинув голову на иллюминатор с опущенной шторкой. Шторку долой — за толстым стеклом совсем рассвело, облаков мало, красное солнце начинает свой долгий путь. Жаркий будет день.
— Схожу проведаю пилотов.
Номер Три молча кивает и возвращается к чтению газеты, открытой на светских сплетнях. Медленно иду по салону — всё как и должно быть: пассажиры на своих местах, телевизоры отключены, спинки кресел приведены в вертикальное положение, откидные столики убраны. Не курить, не сорить, пристегнуть ремни, просим не вставать до конца посадки.
Салон бизнес-класса пуст, в отсеке стюардесс — никого. Три стука в дверь, потом два, потом ещё раз три. Секундное ожидание, затем Номер Пять открывает дверь. Завидев меня, он убирает пистолет в кобуру и возвращается в кресло второго пилота.
— Какие новости?
Номер Четыре отвечает, не отрываясь от приборов:
— Нас пока не сбили, если ты об этом, значит, всё идет нормально. Зенитчики не угрожают, истребителей рядом нет, радиосвязь с башней в обычном режиме. Никто не принуждает наш борт к немедленной посадке или смене курса.
— Хорошо. Скорая помощь?
— Уже ждёт у полосы, как и договаривались. Только не из городской больницы, а местная аэродромная машина, у них есть такие на постоянном дежурстве. Скорая как скорая, просто по другому ведомству оформлена. Мигалки на крыше, врачи внутри, всё как положено.
— Хорошо. При малейшем изменении ситуации сразу дай знать, а пока не буду вам мешать.
Возвращаюсь в пустой салон бизнес-класса, прихватив бутылку холодного чая и пару бутербродов с тележки, сажусь в широкое кресло у прохода, включаю телевизор: шестичасовые новости — ничего интересного, ничего чрезвычайного. К чёрту телевизор, сейчас надо просто ждать. Терпеливо ждать посадки или попадания ракеты класса «земля-воздух» с последующим крайне жёстким приземлением в горах. Пытаюсь думать о чём-то другом, но ничего не выходит, все мысли о близком разрыве, десятках пробоин, пожаре и воздухе, с рёвом вырывающемся наружу. Если знают, если обо всём догадались, то почему ждут? Спокойствие, концентрация. Уже скоро.
— Пять минут.
Начали снижение, ракеты-перехватчика нет, истребителей в иллюминаторах не видно. Каждая секунда приближает нас к городской черте. Станут ли они стрелять над городом, рискуя обрушить на жилые кварталы большой самолёт с заполненными на треть топливными баками? Или потребуют уйти на второй круг, совершить экстренную посадку на одной из военных баз? Пора…
Выхожу в туристический салон, нащупываю колбу во внутреннем кармане пиджака, медленно достаю. Я вижу их взгляд, в котором первоначальное оцепенение всё больше и больше уступает место Голоду. Сильному Голоду. Сотни глаз пожирают колбу.
— Приготовиться!
С громким хлопком открываю колбу, чувствую запах. Все чувствуют. На долю секунды мелькает паническая мысль: они сейчас бросятся на меня и разорвут на части ради этой маленькой колбы. Хорошо, что все пристёгнуты.
— Сидеть!
Номер Три, как всегда, выручает. Голодные слушают, словно её голос перекрывает терзающую их потребность. У меня так не получается, никогда не получалось.
— Сидеть и ждать посадки! Сидеть и ждать! Всё будет после посадки, после! Всё будет! Ждать!!!
Успокоились, ждут, можно закрыть колбу. Почти две с половиной сотни пассажиров и членов экипажа сидят, не проронив ни слова, отсчитывая каждую секунду до того момента, когда шасси коснутся бетона полосы. Они полностью готовы к действию. Самолёт продолжает снижение, и в этот момент я окончательно понимаю, что стрельбы не будет, равно как и приказа немедленно изменить курс. Будет обычная посадка в пункте назначения строго по графику. Никто ничего не заподозрил.
— Номер Второй, маскировка!
Согласен, пора. Сбрасываю потёртый плащ, под которым белеет докторский халат, набрасываю на шею стетоскоп, поправляю бейдж, беру в руки чёрный металлический чемоданчик. Короткий взгляд на фото, затем в маленькое зеркало — соответствует, отличия не принципиальны. Нет фирменных логотипов на рукаве, но, если всё пройдёт правильно, внимания уже никто не обратит.
2. Эксклюзив
— Как я выгляжу?
— Как и пять минут назад — отлично. Сосредоточься на деле, девочка, нам нельзя облажаться, второго шанса не будет. Ни у тебя, ни у меня. Сделай всё как надо, отлови этого хитрожопого жулика и прижми к стенке, как договаривались, тогда…
— Заткнись, ладно? Я знаю, что делаю.
