— Она, наверное, уже на борту, — говорю я, бросая телефон на кофейный столик.
— Тогда отправляйся за ней.
— Что? — спрашиваю я, поворачиваясь и глядя на соседа, как на сумасшедшего.
— Ты же понимаешь, что самолеты летают в обе стороны и что любой желающий может купить билет?
— Ты хуже всех, — говорю я, возвращая ему его же слова, сказанные ранее.
Он закатывает глаза, но достает телефон и стучит по экрану.
— Где она живет?
— Колумбус, штат Огайо.
Еще пару минут Леджер тыкал по экрану телефона, а потом отложил его в сторону.
— Ну вот, ты забронировал билет на ближайший рейс. Считай, что это подарок за все те прекрасные советы по отношениям, которые ты мне сегодня не дал.
— Знаешь, я думаю, что ты самый большой романтик из всех нас, — говорю я ему, и Леджер зыркает на меня, но я вижу намек на улыбку, играющую в уголках его губ. — А теперь, прошу меня извинить. Мне нужно успеть на самолет.
Он удивляет меня, обнимая перед тем, как выйти на улицу к своему грузовику.
У меня нет времени беспокоиться о друге, поэтому я вытесняю его из своих мыслей и спешу в спальню.
Я бросаю кое-что из одежды в свою спортивную сумку, сжимаю пальцами коробочку с кольцом, направляюсь в гостиную и беру ключи с тумбочки. Я бегу к своему грузовику и мчусь на полной скорости в аэропорт.
Пришло время добиться того, чего я хотел.
Пришло время перестать позволять страху управлять мной.
Пришло время вернуть свою девушку.
Рори
По дороге домой на меня бросали странные взгляды, но я, кажется, просто не могла перестать плакать.
Я так сильно скучала по Роудсу, и все творческие идеи, которые приходили мне в голову, пока я была с ним, канули в небытие.
Я рассматривала все ткани и художественные принадлежности в своей квартире, но ничто меня не привлекало. У меня также было несколько сообщений от клиентов, но я пока не смогла найти в себе силы их просмотреть.
Вместо этого свернулась калачиком в постели и плакала.
Я действительно не могла заснуть, и у меня совсем пропал аппетит, хотя и знала, что должна попытаться что-нибудь съесть.
Когда раздался стук в мою дверь, я со стоном натянула одеяло на голову.
Вероятно, это мой неряшливый домовладелец, а он последний человек, с которым я хочу сейчас иметь дело. Я с трудом переносила его в хорошие дни, а сегодня определенно денек был не из лучших.
Стук раздается снова, на этот раз сильнее, и я, всхлипывая, скатываюсь с кровати и иду открывать.
Начинаю вытирать лицо, но потом понимаю, что, возможно, моему домовладельцу будут настолько противны мои слезы и сопли, что он больше никогда меня не побеспокоит.
Открываю дверь и смотрю в испуганные глаза моего горного мужчины.
— Роудс, — выдыхаю я и через секунду оказываюсь в его объятиях.
— Что случилось? Не плачь, ангел, я обо всем позабочусь. Обещаю, — тараторит он, пытаясь меня утешить.
— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я, уткнувшись в его рубашку.
— Я пришел за тобой. Осознал, что испугался, но, Рори, больше я так жить не хочу.
— Испугался чего? — вопрошаю я, вытирая слезы о его рубашку, прежде чем отстраниться и посмотреть на него.
— Я жил в страхе долгое время. Боялся того, что подумают люди, увидев мои шрамы или мой рост. Страшился, что стоит тебе взглянуть на меня — как тут же ты покинешь навсегда. Боялся, что никто никогда меня не полюбит. И не хотел встречаться с тобой, потому что просто не мог тебя потерять.
— Как ты мог подумать, что я такая поверхностная? — снова задаю я вопрос, раздражаясь. — Я люблю и тебя, и твое тело.
— Знаю, ангел. Знаю, что ты меня любишь. Просто проецировал на тебя свою неуверенность. Ты заставила меня понять, что мои шрамы не определяют меня и что мне нужно перестать прятаться. Тогда я так и сделал. Я хотел сделать это в День Святого Валентина, но боялся, что действую слишком быстро и этим отпугну тебя. На следующий день я позволил тебе уйти, но больше никогда не хочу тебя отпускать.
— Что ты хотел сделать? — любопытствую, ощущая, как сердце затрепетало в груди, когда он отстранился и полез в карман своего пальто.
— Это, — говорит он, опускаясь передо мной на одно колено.
Мужчина открывает коробочку, и я замираю, увидев внутри кольцо с изумрудом.
— Роудс, — выдыхаю я, разинув рот.
— Рори, то, что ты написала мне, было лучшим, что когда-либо случалось со мной. Ты — лучшее, что когда-либо случалось со мной. Ты заставила меня понять, что мне нужно забыть о том, что люди могут сказать обо мне, и добиваться того, чего я хочу. А хочу я тебя. Я больше не боюсь, ангел. Ты выйдешь за меня?
— Роудс, — плачу я, бросаясь в его объятия.
— Это значит «да»? — с надеждой уточняет он, обхватывая меня руками.
— Да! Да, я выйду за тебя. Я люблю тебя, — говорю я ему в плечо.
— Тогда оно должно быть на своем месте.
Мой горный мужчина достает кольцо из коробочки и надевает мне на палец.
— Оно прекрасно, — говорю я, и слезы текут по моим щекам.
На этот раз это слезы счастья.
Наш идеальный момент прерывает стук в дверь, и я хмурюсь, гадая, кто бы это мог быть.
Роудс протягивает руку и открывает, и я замираю, когда вижу мистера Генри, моего домовладельца, стоящего в коридоре.
