– На трусы надо просить у наших доморощенных «шейхов» и «султанов», которые сейчас повадились разыгрывать шариат со своей конопатой картофельной рожей, но получается какая-то фигня. Где-то услышали, что при таких отношениях женщина боготворит мужчину, а им, ущербным, этого как раз и не хватает. Но вот как себя вести, чтобы это поклонение получить, они не знают. Жене дадут денег на хлеб и наблюдают, когда она на трусы запросит, чтобы была возможность изобразить из себя мудрого падишаха, который решает государственной важности проблему: великодушно дать или не дать за недостатком почтения со стороны недостойной рабыни. В конце концов, до того доиграется, что она его пошлёт куда подальше и пойдёт сама работать – это гораздо проще, чем ждать каждые три рубля от такого мудака. Естественно, «падишах» в недоумении: где ж он ещё такую дуру себе найдёт для новой игры?
– Ха-ха-ха!
– У нас менталитет не тот, поэтому не получится так, как на Востоке. У нас могут спустить всю зарплату за один вечер, если жена у кассы комбината не перехватила. А если перехватит, то будут орать, что все бабы – транжиры. Пропить за вечер несколько тысяч – это нормально, а если жена сковородку купила за триста рублей, чтобы на ней тебе же жратву готовить, это уже дорого. И именно жена будет думать, как выжить семье ещё один месяц, если «глава» пропьёт семейный бюджет. Вот и все её «бо́льшие права». При столкновении западного и восточного взгляда на женщину всегда возникает этот парадокс. Западу кажется, что восточную женщину угнетают, но на практике она, как это ни странно для европейского уха звучит, лучше защищена в социальном и финансовом плане. Она никогда не останется матерью-одиночкой без средств к существованию, она никогда не окажется в доме престарелых при живых детях-эгоистах. Европейские слабые мужики всучили своим бабам право рожать без семьи и мужа как «высшие завоевания демократии», а восточная женщина на такую лажу вряд ли поведётся. Многие думают, что она, бедняжка, бьётся там за свои права, но она не хочет ничего решать и за что-то отвечать. Это настолько равнодушное ко всему происходящему создание, что даже при собственном убийстве молчит, потупив взор. Типа, пусть мужчины сами всё решают, а меня оставьте в покое. Она не борется за свои права, потому что они ей не нужны. Её устраивает право прятаться от жизни за теми, кто оградит от всех невзгод.
– Да ну, так жить! Женщины там по сути содержанки.
– Содержанка получает только материальное обеспечение, а там бери выше: мужчина отвечает даже за поведение и правонарушения женщины. Она может на машине кого-то сбить, а отвечать и штраф платить будет муж.
– Они там водят машины?
– А почему нет? Во многих ближневосточных странах достаточно высокий уровень жизни, в Иране и Эмиратах два-три автомобиля на семью – не роскошь, а норма. Они же нефтью торгуют и алмазы добывают, а власть доходы распределяет так, что коренное население может вообще не работать. В нашей стране это трудно осуществить. У нас женщина не сможет закрыться в своём домашнем мирке – её оттуда тот же муж сразу вытолкнет: «Иди работай, тебя никто содержать не подписывался». Русская баба привыкла, что рядом всегда есть тот, кто не решает проблемы, а создаёт. И грузит ими. Её постоянно грузят негативом: то цены растут, то маньяки детей убивают, а их самих убивать нельзя, потому как надо уважать нетрадиционные интимные наклонности других, то какие-то геморроидальные шишки очередную войну развязать хотят. Всё вокруг постоянно ей твердит и доказывает: жить опасно, рожать нельзя. В новостях – только аварии и катаклизмы, падение самолётов, морали и курса рубля. Кто разводит куриц, знает, что в курятнике даже дверью нельзя хлопать или громко разговаривать, иначе курицы примут это за угрозу выживанию и перестанут нестись. А современную женщину пугают атомными войнами, террором, вирусами, ростом преступности.
– Видимо, в надежде, что баба – не курица.
– Тут у одной бабы выкидыш произошёл, как по телевизору увидела репортаж из Чечни с отрезанными головами. Вроде здоровая баба, крепкая даже – трактор водит. Наблюдалась у врача, никакой угрозы выкидыша не было, а увидела
– А зачем, в самом деле, такое смотрят?
