– Зачем? Вы не подумайте, что я тиран-деспот какой, лишил бедную женщину права на бесплатный труд. Мы так сразу договорились, что она будет очень уставать, если придётся и домом заниматься, и мной, и работой для записи в трудовой книжке. Придёт домой уставшая и издёрганная на «основной работе», а там ещё я сижу, своего требую. Вообще, она у меня не робкого десятка, да со мной тяжело жить. Мы из такого поколения, которое в молодые годы ещё верило, что всё будет хорошо, вот-вот наступит светлое завтра… Мы всё делали наоборот. Тогда как раз общественные лидеры и деятели культуры стали говорить, что семья не нужна, женщина-мать чуть ли не дура, женатый мужик вроде как лопух – продвинутый самец если и женится, то в пятьдесят лет и на школьницах. А я давно себе уяснил, что в нашей стране надо делать всё поперёк тому, что диктует реклама и пропаганда – не прогадаешь. Эти две проститутки никого ещё до добра не доводили. Я никогда не скупал ваучеры, не вкладывал деньги в какие-то пирамиды или банки, наспех сколоченные бывшими партийными деятелями. Никогда не вёлся на пьянку, как стиль поведения, на примитивные манипуляции вроде сексуального раскрепощения зажатых советских граждан, в котором они выглядят ещё более нелепо. Мы на фоне этого дурдома родили детей. Когда родилась дочь, была относительно нормальная обстановка. В том смысле, что в городе ещё функционировал роддом. Моя жена так спокойно её выносила, такая умиротворённая все девять месяцев проходила, почти постоянно спала. А вокруг уже начиналось какое-то нездоровое шевеление, все откуда-то таскали муку и сахар мешками, спички и макароны кубометрами, телевизор и газеты подзадоривали: это только начало. Потом перестали платить зарплату, и так всё обыграли, как будто обворованные работники сами в этом виноваты, да ещё кому-то и должны. А мы опять беременные!
– Мальчик?
– Ага. И тут жену как подменили: то плачет, то смеётся, то умирать собирается. Я понял, что мужики столько беспокойства создают женщинам – их даже выносить не так-то просто. Он не давал нам покоя! Шевелиться начал раньше, чем она поняла, что он вообще там у неё есть. Боксировал часами, потом вдруг затихнет, она ревёт: «Вызывай врача, с ним что-то случилось!». Врач приезжает, она уже спит. Ребёнок как лягнётся, она подскакивает: «Ну, скажи ты ему, как отец! Он же ушибётся, если будет так прыгать». Я думал, родится егоза какая-нибудь, будет нас по потолку гонять. Нет, родился такой спокойный и уравновешенный философ, даже по ночам не орал ни разу. Читать научился в четыре года. Сам научился! А я перед его рождением собрался в командировку, чтоб хоть каких-то денег раздобыть, поэтому решил отвезти жену в роддом заранее, договорился с врачами. Тогда уже в районной больнице рожали – тут в городе всё свернули в связи с Перестройкой. Домой приехал, она через пару часов тоже возвращается: «А я уже выписалась. Сам туда ложись! Целая палата беременных баб, и все рассказывают о своих коликах и врачебных ошибках при родах. Я чуть не родила от ужаса!». Я её в охапку и назад, она на мне виснет: «Я там умру!». Согласилась поехать через неделю, но тогда в роддоме отопление отключили. Всех рожениц собрали в две палаты, установили там по буржуйке, потому что при включении радиаторов электросеть традиционно не выдерживает нагрузку. Я своё сокровище, конечно, там не оставил.
– Что это такое было: война – не война? Как будто во время боевых действий жили.
– Не знаю, я тогда об этом не задумывался. Я тогда был совсем другим человеком… Короче, допрыгались мы, что родили прямо дома.
– А чего неотложку не вызвали?
– На Скорой телефоны отключали за неуплату. Медицину пытались перевести на хозрасчёт и обязали самостоятельно оплачивать техническое обслуживание. Потом смекнули, что у отечественной медицины совсем нет денег, но телефоны какое-то время не работали. Дело было ночью, поликлиника не работает, больница закрыта, машин нет ни у кого. Я боялся, что у жены паника начнётся, но паника была как раз у меня. Дрожал, как лист осиновый! А она вдруг такой спокойной сделалась, какой я и отвык её видеть за эти месяцы. Говорит: «Да ладно тебе, зато ехать никуда не надо». Зевнула, да и родила прямо мне в руки.
– Это Вы её так «ограждали» от грубого внешнего мира?
– Ха-ха-ха… Я же говорю, что в нашей стране это практически невозможно. Поэтому мы не имеем права от женщин требовать того, что не можем им обеспечить. Россия всё равно будет вымирать – это слишком запущенный процесс. Во многих развитых странах рождаемость падает. В Германии и Англии уже несколько десятилетий прирост населения «в минусе», но они не бьют тревогу. Они совершенно спокойно к этому относятся, полагая, что пусть населения будет меньше, но оно будут лучше обеспечено и развито. Лучше родить одного ребёнка, но подойти к этому процессу сознательно, создать для него хорошую семью, дать образование, в отличие от примитивных народов, которые бездумно плодят детей и совсем не знают, что с ними потом делать.
– Вот они скоро всю Землю и заселят.
