– Экономисты в Лондоне живут, а не в таких конурках, которые и жильём-то назвать нельзя, но тем не менее они уже стоят миллионы, а люди получают в десятки тысяч раз меньше. То есть нужны десятки тысяч месяцев, чтобы скопить нужную сумму или выплатить кредит. А в году только двенадцать месяцев. В человеческой жизни, даже если он проживёт сто лет, что маловероятно, чуть больше тысячи месяцев. А нужны десятки тысяч. Нужны десять жизней, чтобы заработать на квартиру, хотя и этим наших людей не запугаешь, но жилья как такового нет. Жилищное строительство уничтожено как таковое. Только в американской рекламе показывают, как баба с работы приходит, а у неё такая кухня, чисто президентские апартаменты. Просторная, светлая, красивая, всюду бытовая техника, только кнопки нажимай: и постирает, и вымоет, и сварит. Ещё и компьютер стоит, американка на нём фотографиями и рецептами блюд обменивается с подругами. С такой кухни женщину выгоняй – не уйдёт. А у нашей бабы не только техники для ведения хозяйства никакой нет, но банальное отключение света и отсутствие водопровода превратит её в бесполезный хлам. Воду отключают даже в многоквартирных домах, на пятый или шестой этаж вёдра с водой переть – совсем не женский вид спорта. Лифтов, естественно, тоже нет – в стране до мельчайших подробностей всё продумано, чтоб людям было максимально неудобно жить. Кухни такие, что бабы их «гроб моей семейной жизни» называют. В первые годы Советской власти такие кухни специально делали, чтобы развивать систему столовых Общепита, а бабу гнать на заводы и фабрики, чтобы заменяла там мужиков, убитых на баррикадах и в окопах. Отвадили её от дома, а теперь пытаются загнать назад, чтоб щи варила и рожала, но условий никаких создавать не хотят.
– Но мужчины не могут такие дома перестроить или водопровод подвести, если его нет.
– Не слушайте никогда, что мужики чего-то там не могут! Не хотят, не считают нужным, правильней сказать. В обществе сформировалось какое-то ложное убеждение, что русского мужика повсюду угнетают и ни фига ему не платят. Да он из горла вырвет, если ему не заплатить. Я в свой дом и воду провёл, и кабельную ЛЭП стребовал от нашего спящего на ходу муниципалитета для всей улицы. На кой чёрт мне эти кривые столбы с провисшими до земли проводами, которые любой ветерок обрывает и полгорода в средневековые сумерки погружается? И знаете, я не почувствовал, что это как-то особенно тяжело. Если тебе тяжело, то иди с бабами носки вязать – хоть какая-то польза будет. Мужики могут всё – именно за это их зовут сильной половиной человечества. Знаете, сколько здесь было миллионеров, когда советский строй рухнул? Богатели за пару недель на торговле лесом и торфом – говорят, такое только в России возможно. Но лишь единицы обогатили этим себя и свои семьи. Большинство спускало деньги настолько бессмысленно, что после никто не мог внятно объяснить, куда конкретно его миллионы ушли. В это трудно поверить, но потом их видели, как они в Питере на помойке с бомжами в мусоре копаются. И никто, глядя на такого оборванца, не предположил бы, что ещё пару месяцев назад у него было три квартиры и четыре гаража с машинами. Всё спускали! А потом ползли к жёнам и детям скулить, что их святая обязанность принять такого «папку» со всеми его недостатками. Везло тем, кого принимали, но семьям с ними очень не везло. Сейчас многие ездят в Сибирь на нефтеразработки, на сплав леса – платят там прилично. Но они так же тупо спиваются в массе своей, когда приезжают в отпуск на три-четыре месяца после вахты. Много таких, кто в море ходит на иностранных судах инженерами и механиками, перевозят на танкерах нефть и сжиженный пластик. Работа не простая, но за год на квартиру в Москве заработать можно. Я сам на первую квартиру заработал на сплаве леса под Вологдой.
– Вы здесь квартиру покупали?
– Боже сохрани. В Петербурге, в хорошем районе, сталинский ампир. Здешняя недвижимость через десять лет ничего не будет стоить. Её уже сейчас сносить пора. Всё ж наспех построено комсомольцами-энтузиастами, всякими любителями и мечтателями или случайными шабашниками, а дома должны строить профессионалы. Сейчас вообще, если где и идёт строительство, то гастарбайтеров набирают, которые кирпич от пеноблока не отличают, так что их строения ещё раньше хрущёвок завалятся. Город не развивается, притока населения нет, само население в таком состоянии, что даже возможность заработать ничего не меняет. У большинства семьи так и не могут выйти на какой-то более приемлемый уровень жизни.
– Неужели, всё спускают?
