Доктор юридических наук Валентин Алексеевич Ковалев свою политическую карьеру начал в 1993 году, будучи избран в Государственную думу первого созыва по спискам Коммунистической партии. Выборы проходили, когда над Москвой еще не развеялся прогорклый дым расстрелянного Ельциным Верховного Совета. Коммунистическая партия являлась основной оппозиционной силой в стране, живущей на грани гражданской войны. С точки зрения карьерного роста участие в КПРФ было делом малоперспективным. Однако Валентин Ковалев сумел-таки себя «выгодно продать». В Думе он занял место вице-спикера от Коммунистической партии. Депутат ЛДПР Евгений Туинов пишет: «Этот высокий сухощавый с седыми висками и прямой спиной мужчина… просидит, угрюмый и молчаливый, в президиуме Думы всего несколько месяцев»,[76] пока ему не предложат пост министра юстиции России. Ковалев, по всей видимости, уже не видел личных перспектив в Компартии, от которой получил максимум политических дивидендов, заняв пост заместителя председателя Думы. В те времена переход депутата-коммуниста в состав ельцинского правительства был фактом вопиющим. Ковалева КПРФ отдала небезболезненно, со скандалом. После согласия Валентина Алексеевича войти в состав правительства коммунисты заявили, что назначение Ковалева — это «очередная попытка власти дискредитировать последовательную политику коммунистов в отношении правящего режима».[77] Оппозиция поставила на Ковалеве клеймо изменника. В дальнейшем репутация предателя не позволила Валентину Алексеевичу попробовать продолжить политическую карьеру уже в амплуа «жертвы и борца с режимом», как это, например, сделал его товарищ по несчастью — генеральный прокурор Юрий Ильич Скуратов, который даже вошел в состав центрального комитета Коммунистической партии.
Правы оказались те бывшие соратники Ковалева по оппозиционному движению, которые утверждали, что в правительстве Валентин Алексеевич долго не задержится. И действительно, в 1997 году грянул грандиозный скандал. Сам Валентин Алексеевич Ковалев пишет: «20 июня 1997 года всю первую страницу газеты “Совершенно секретно” занял фотоколлаж из моего подлинного портрета в служебной форме и вмонтированных в него нескольких отдельных фотографий с нечеткими изображениями обнаженных женщин. Сопроводительная надпись крупнокалиберными буквами извещала о том, что на представленных фрагментах из видеокассеты изображены “тайные шалости главы Минюста Ковалева”. При этом специально подчеркивалось, что съемка производилась скрытой камерой, а материалы переданы в СМИ из МВД».[78]
Вообще использование в качестве компромата фотографий интимного характера — не редкость в мировой политике. Известный французский политик-националист Жан-Мари Ле Пен развелся со своей первой женой после того, как она снялась обнаженной для журнала «Плейбой». На выборах президента США в 2008 году в связке с кандидатом от республиканцев Джон Маккейном баллотировалась на пост вице-президента сорокачетырехлетняя Сара Пэлин, губернатор штата Аляска. Многие говорили, что выбор Маккейна в пользу Пэлин был продиктован не столько деловыми качествами этого провинциального политика, сколько ее внешними данными. Возможно, республиканцы надеялись, что женское обаяние Пэлин добавит привлекательности и пожилому Джону Маккейну, который порой довольно бледно смотрелся на фоне энергичного и креативного Барака Обамы. «У будущей вице-президентши длинные ноги и короткие юбки», — писала пресса. Как и следовало ожидать, личная жизнь кандидата в вице-президенты стала предметом самого пристального изучения журналистов из разных стран мира. Пресса не замедлила сообщить, что, оказывается, в 1984 году двадцатилетняя Сара победила на конкурсе красоты, проводимом муниципалитетом Василлы — маленького городка штата Аляска, а спустя несколько месяцев «Мисс Василла» получила титул «Вице-мисс Аляски». В качестве иллюстрации к биографии политика-фотомодели в Интернет была выложена фотография совершенно голой девушки, похожей на Сару Пэлин. В прессе развернулась бурная дискуссия: действительно ли эта обнаженная красотка — будущий губернатор Аляски?.. Примечательно, что далеко не все избиратели осудили Сару Пэлин за ее возможную интимную фотосессию, а некоторые даже высказывали предположения, что фотография голой девушки — на самом деле никакой не компромат, а наоборот, предвыборный пиар, который поможет республиканцам победить на выборах.
К сожалению, в случае Валентина Ковалева для подобных предположений не было оснований, и компрометирующий характер фотографий голого министра являлся очевидностью.
