В глазах блеснула жадность до сочного мяса, но сегодня не получится — план уже расписан.
— Нам ведь потом возвращаться. Запах жареного мяса будет слишком явным.
— Правда… Но я не знаю много других блюд.
— Тогда бибимбап и паджон? — мгновенно назвал вариант.
Готовился, по сети лазил, вспоминал, что пробовал в прошлый раз, и всё такое.
Улыбка вспыхнула на её лице ярче неоновой вывески. Отлично. Нашлось местечко без грилей — чтобы не искушать её плотоядные инстинкты.
Заказ приняли. Вокруг тянулись ароматы кунжутного масла, поджаренного теста, чуть горьковатого кимчи. На фоне тихо потрескивали сковороды, слышались голоса на корейском, будто из соседнего мира. Антураж был идеальный.
— Неожиданно. Впервые слышу, что ты захотел корейской еды, — сказала она, играя палочками.
— Недавно был Чусок. А времени отметить — ни крошки.
— Чусок?
— Ты не знаешь? Это корейский День благодарения.
А вот так звучит куда лучше. Как не отметить такой праздник, так сказать. Нам русским с этим повезло прямо в национальном характере, отмечать любые праздники…. А тут прямо в тему всё. Думает запросто так её к корейцам вёл. Мы с ней ещё и седьмое ноября встертим….
До Дня благодарения оставалось всего несколько недель. Того самого, что празднуется здесь. В этот день предстояло встретиться с её отцом — в огромном особняке, где живёт настоящая принцесса. А к этому её как-то надо подвести. Все наши праздники уже прошли, что хоть как-то ассоциируются с этим днём. Пришлось импровизировать.
— У Кореи тоже есть День благодарения?
— Наверное, у всех народов есть аналог такого праздника. У корейцев, это один из главных праздников. На Чхусок семьи готовят горы блюд, а у нас всегда смешивали гарниры в большую миску бибимба́па. Наверное, поэтому именно сейчас меня так тянет к этому вкусу. У нас, у русских, например, Яблочный спас, но он уже прошёл. — Последнее добавил с грустной извиняющейся улыбкой.
Мысль кольнула неожиданно остро: сирота без семьи, тоскующий по шумным встречам и праздничным запахам. А сколько все эти корейские слова учил…. На что только не пойдёшь ради денег.
— Вот твой бибимбап и паджон.
На фото из сети вроде походили. Еду принесли быстро. Пар поднимался ленивыми клубами, неся терпкий аромат кунжутного масла и остроту перца. Рэйчел смотрела на миску так, будто перед ней лежал ребус, а не еда. Ложку она так и не подняла, лишь наблюдала за движениями рук, напротив.
— Ты хорошо переносишь острое?
— Могу есть халапеньо без проблем….
И это она называет острое… м-да.
— Тогда добавь гочуджан, вот так.
В миску легла щедрая ложка густого красного соуса, блеснула капля масла, и всё это зазвучало мягким хрустом при перемешивании. Рэйчел повторила движение, но её осторожные касания едва затронули овощи — словно боялась нарушить их порядок.
— Давай помогу.
Повёл себя прямо как специалист. И дело тут уже святое, женщина рядом, в грязь лицом ударить никак нельзя!
— Нет, всё в порядке. Сама справлюсь….
— Просто голоден, так что давай быстрее подготовим и поедим вместе.
Она нехотя протянула миску. Ложка скользнула по ободку, звук сухого металла тонко царапнул слух. Пришлось разделить плотные овощные стебли, перемешать всё до ровного цвета — так, чтобы соус лёг тонкой плёнкой на рис и тёплые овощи. В этом обеде главное впечатление. А то пожрали бы банального гриля и всё, вспомнить нечего.
— Хм, почему у меня не получается так же?
Долгие и упорные тренировки, да. Но этого мы говорить не будем.
А в её голосе прозвучала неподдельная любознательность. Милое выражение лица могло бы растопить камень, но в этот момент улыбаться слишком мягко было нельзя. Здесь важна была собранность.
— Когда-то и у меня не выходило. Овощи упругие, тянут за собой, нужны усилия. Родители моего друга всегда смешивали за меня.
— ….
Лучше остановиться. Никаких мелодрам о том, как не хватает семьи. Такие фразы ударят рикошетом. Управляющий фондом, поддающийся эмоциям, не вызывает доверия. Главное — чтобы слово "День благодарения" прилипло к сознанию Рэйчел и само подтолкнуло её пригласить. Вот что было главным в сегодняшнем. План построен — пора двигаться к следующей цели.
— Как у тебя дела, Рэйчел?
Её ложка опустилась в пёструю смесь, но взгляд ушёл вниз, в глубину миски.
— Вздох…. Не думаю, что эта работа мне подходит.
Вот она — вторая миссия. Всё указывает на то, что принцесса близка к решению уйти. А если Рэйчел уйдёт из "Голдмана", связь оборвётся сама собой. Этого допустить нельзя. Она должна остаться, выстроить прочный мост между собой и мной — коллегой, союзником.
— Неужели так тяжело?
— Дело не в том, что я её не люблю. Даже на встречи с клиентами хожу — понимаю, что это привилегия. Но… не вижу смысла. Всё время думаю, что не подхожу, не хватает таланта.
Классическая стадия. Каждый аналитик через это проходит: когда с рассвета до глубокой ночи сидишь взаперти, вгрызаясь в реверс-инжиниринг, закономерно спросить себя — это ли жизнь? И честно говоря, мир не рухнет, если все эти специалисты исчезнут. Решение одно — мотивация деньгами. Но с принцессой этот трюк не сработает: деньги у неё уже есть.
