Он улыбается ещё шире, принимает букет белых роз из рук Евы и командует:
– Следуйте за мной.
Первым сходит по лесенке, ведущей в нижнее помещение, Валентин, вторым иду я, галантно подавая руку и помогая девушке спуститься.
– Спасибо, – благодарно взглянула на меня Ева, опираясь на мою ладонь.
– Мадам, ради благосклонного взгляда ваших лазурных, как тропические воды океана, глаз я готов на любые подвиги, – делаю шутливый реверанс.
– Ну ты даёшь, – внезапно развеселилась девушка. – Где ты тропические воды видел? В «Клубе путешественников» у Сенкевича?
Я скромно промолчал. Вообще-то в той, прежней жизни объездил полмира. В Латинской Америке был, в Штатах, на Гавайях и Канарах, Кубе и в других экзотических местах. И с тропиками был знаком не понаслышке. Но начни я сейчас рассказывать девчонке, как отдыхал на острове Харбор, расположенном на Багамах, нежась на роскошном пляже из розового песка, или как отрывался с Машей в ночных клубах Майами-Бич, она просто покрутит пальцем у виска. И будет полностью права.
Мы проходим в угол помещения и останавливаемся возле стола, накрытого белой скатертью и заставленного различными вкусностями. Напротив стоит тумбочка со стереомагнитофоном «Сони» и несколькими десятками кассет в картонных коробках-блоках.
Валентин тем временем незаметно исчез, поставив цветы в большую вазу в углу.
– Кстати, а что это за твой друг, который вазу сюда притащил? Тот чернявый и смуглый? – В голубых глазах красавицы заплясали насмешливые искорки. – Чего это он так расстарался?
– Это неважно. – Я абсолютно невозмутим. – Тебе что-то не нравится?
– Да нет, – смутилась девушка, отведя взгляд. – Наоборот, всё необычно и классно. Меня ещё никто на такие свидания не приглашал.
– И зачем тогда задавать подобные вопросы и портить эти прекрасные мгновения? – улыбнулся я. – Давай перестанем искать подвохи, копаться в мелких, никому не нужных деталях, а просто получим удовольствие от прекрасной кухни и романтической прогулки на теплоходе.
– Давай, – вздохнула девушка. – Извини. Я была не права. Обещаю исправиться.
– Тогда прошу! – Я театральным жестом указал на ломящийся от блюд и закусок стол. И здесь было на что посмотреть.
В хачапури по-аджарски, сделанных в виде чаши из хрустящего теста, плавает в океане расплавленного сулугуни и белоснежного имеретинского сыра круглый яичный желток. Истекающий жиром цыплёнок табака в румяной золотистой корочке притягивает к себе взгляд. Коричневые шашлыки из говядины источают такой потрясающий аромат поджаренного на углях мяса, что я чуть не захлебнулся слюной.
И среди всего этого великолепия стоят тарелочки с салатиками: настроганные ломтиками кусочки красной телятины с петрушкой, зелёным луком и укропом, растекшиеся сочной красной мякотью помидоры вперемешку с рассыпчатыми частичками сулугуни, бледно-розовые дольки лосося с пармезаном и зеленью. Посередине, рядом с хлебницей, наполненной порезанными свежими кусочками лаваша, возвышалась запотевшая бутылка «Советского шампанского». А недалеко от неё, рядом с большими блюдами с нарезкой из колбас и сыра, стояла бутылка сладкого мускатного «Южная ночь» с заботливо приложенным штопором. Ева нерешительно подходит к столу, а я предупредительно отодвигаю стул, помогая сесть. Сам занимаю место напротив.
– Позволь, я за тобою поухаживаю, – предлагаю девушке.
– Позволяю, – царственно кивает красавица, но не выдерживает и прыскает. Мои губы непроизвольно раздвигаются в ответной улыбке.
Убираю с тарелочки девушки треугольник салфетки, накладываю пару кусочков шашлыка, салатиков и нарезки из балыка и буженины.
– Вино или шампанское? – уточнил я.
– Давай, начнём с вина, – предложила Ева. – Шампанское оставим на потом.
– Давай, – кивнул я. Несколькими резкими движениями ввинтил штопор в пробковую крышку, чуть поднатужился и вытащил её. А потом разлил тёмно-рубиновый напиток по пузатым бокалам.
– За что будем пить? – спрашиваю у девушки, любуясь кровавыми бликами на стеклянных стенках.
– За наши мечты, пусть они сбудутся! – Задорно сверкнула глазами Ева.
– Согласен, – улыбнулся уголками губ и поднял бокал. Зазвенели, столкнувшись, фужеры, всколыхнулось, растекаясь по хрустальной поверхности, вино.
Делаю глоток, затем другой, ощущая приторно-сладкий привкус на языке. Вино тёплой волной расходится по пищеводу, поднимая настроение. В отличие от меня девушка лишь пригубила напиток.
Минут десять мы сосредоточенно орудовали ножами и вилками. Сочные, истекающие мясным соком ломти шашлыков таяли во рту. Нежные салатики из лосося, сулугуни, пузатых алых помидоров и зелени, в сочетании со свежеиспеченным лавашом, вызывали гастрономический экстаз.
– Невероятно вкусно, – выдохнула девушка, расправившись с очередным кусочком шашлыка. – У меня мама хорошо готовит, но здесь каждое блюдо – настоящий шедевр.
– Это готовили лучшие повара «Арагви», – пояснил я. – Но не как для обычных клиентов, а вкладывали в каждое хачапури и салатик душу. Шеф-повар лично контролировал процесс приготовления. Его об этом попросили уважаемые люди.
