Таким образом, гарнизон героической крепости отвлек на себя силы, вчетверо большие, и причинил им потери, вдвое превышающие их численность. Иными словами, каждый портартурец сразился с четырьмя японцами и двух из них убил.
Кроме того, японцы заплатили за взятие Порт-Артура 20 потерянными кораблями различных классов — от броненосцев до миноносцев, а также 20 кораблями, надолго выбывшими из строя.
Однако комендант крепости генерал Стессель оказался не на своем месте. Душою обороны Порт-Артура являлся начальник штаба генерал Кондратенко и, если бы его не сразил неприятельский снаряд, крепость могла бы продержаться еще несколько недель.
Обидно другое: крепость не была взята противником. Ее сдали. Причем преждевременно. Несмотря на большие трудности, еще оставались возможности к сопротивлению. Еще имелись боеспособные части, исправные орудия, боеприпасы, продовольствие. Еще можно было сражаться, сковывая у стен крепости 100-тысячную армию генерала Ноги. Проведя четыре длительных штурма, японцы не добились победы над осажденными.
Падение Порт-Артура, хотя и не было неожиданным, тяжело отозвалось в армии и стране. После войны над Стесселем состоялся суд, где его признали виновным в сдаче крепости. Прокурор потребовал для него смертной казни. Верховный военно-уголовный суд согласился с требованием обвинения, но вместе с тем ходатайствовал перед императором о замене осужденному расстрела 10 годами тюремного заключения. Стессель был заключен в Петропавловскую крепость. Там он находился полгода, после чего был выпущен на свободу по «высочайшему повелению».
В начале января 1905 года начал рейд конный отряд генерала Мищенко в составе 77 эскадронов и сотен и 22 орудий. Однако отряд генерала, связанный большим вьючным обозом — излишним, потому что край изобиловал продовольствием, — передвигался шагом, давая возможность японцам принимать контрмеры. Поэтому произвел лишь незначительные разрушения железной дороги, уничтожил несколько складов и, потерпев неудачу под Инкоу, обремененный транспортом с ранеными, вернулся в исходное положение.
Армия, однако, не падала духом и ждала с нетерпением нового настоящего наступления. И когда стало известно о его назначении, все приободрились — и офицеры, и солдаты.
Силы у русских и у японцев были почти равными (220–240 тысяч штыков). Главный удар планировалось нанести 2-й армией генерала Грипенберга по левому флангу японцев, в направлении железной дороги. Наступление сулило успех: местность равнинная, привычная нашему солдату, и значительное превосходство сил Грипенберга над противостоящей армией Оку. Пришло 25 января… Деникин в Цинхечене был наизготовке и с нетерпением ждал приказа. Ждал 26, 27, 28 и недоумевал…
Наступление провалилось. Генерал Грипенберг допустил много тактических ошибок и проиграл.
Антон Иванович, конечно, не знал тогда, что это лишь первый звонок, а вскоре предстояло выпить до дна горькую чашу мукденского конфуза.
Начальнику штаба Забайкальской казачьей дивизии подполковнику Деникину поступила информация о подброшенной японцами записке:
— Вот тебе и секретность! — в сердцах воскликнул Антон Иванович.
Но на душе, как ни странно, полегчало. Три недели подполковник Деникин изнывал от затишья на фронте. А сейчас, кажется, начнется большое дело…
Генерал Куропаткин готовил новое наступление.
Начальник Западной конницы генерал Мищенко был ранен в боях в районе Сандепу в ногу и лежал в Мукдене в лазарете. Ввиду особой важности той роли, которая предстояла его отряду — набегу в тыл японцев, — главнокомандующий назначил начальником генерала Ренненкампфа. Уезжая с одного конца фронта на другой, генерал обратился к Деникину:
— Не желаете ли, Антон Иванович, ехать со мной?
— С удовольствием.
На другой день, получив предписание ставки, подполковник Деникин выехал вслед за генералом Ренненкампфом и вступил в должность начальника штаба Урало-Забайкальской казачьей дивизии.
Вскоре началась трагическая мукденская эпопея.
В Мукденском сражении соотношение сил и средств противоборствующих сторон было примерно равным по штыкам и саблям, но русские, имея незначительное преимущество в артиллерии, уступали японцам по количеству пулеметов. Создалась ситуация, когда почти все решалось полководческим мастерством и моральным духом войск.
