Олли повернулся, он ничего не видел, но все равно побежал. Через минуту похититель осветил его путь своим фонариком. Они были в длинном коридоре, впереди непроглядная тьма, позади закрытая дверь. Пахло сыростью и плесенью, под ногами что-то хрустело. « Пожарный выход» — решил Олли, продолжая бежать. Боль в колене была нестерпимой и он немного сбавил скорость, за что тут же получил сильный удар по спине. Басист покачнулся, но все же, смог устоять на ногах. «Чем он меня избивает?» — подумал он стараясь прибавить ходу, это получилось не сразу, каждый шаг причинял невыносимые муки, казалось что в его ногу воткнули раскаленный прут и теперь вращают его со всей силой. Наконец, он смог развить приличную скорость, мучитель не отставал, Олли слышал за спиной глухие шаги и тяжелое дыхание.
Луч фонарика плясал по стенам, вырывая из темноты: брошенный полиэтиленовый пакет, надпись на стене, трубу, обросшую какой-то слизью. Музыка становилась все тише, но он все время слышал ее. Вдруг все затихло. «Они остановили концерт, они заметили, что меня нет» — эта мысль согревала сердце, Олли стал сбавлять скорость. «Они пойдут за мной и догонят, непременно догонят».
-Быстрее! — услышал он гневный окрик за спиной, а потом спину его словно обожгло огнем. Похититель опять ударил его, да так сильно, что Олли рухнул на пол.
-Я сказал бежать! Быстро! Встал!
Олли попытался подняться, но с первого раза не получилось, он по неосторожности облокотился на руку, и тут же снова упал, боль в руке была жуткой. «Еще и руку вывихнул» подумал он, лежа на грязном полу. Олли почувствовал, как его рывком подняли на ноги. Пошатываясь он медленно пошел по коридору вперед.
-Я сломаю тебе другую руку или изуродую лицо, если ты сейчас же не побежишь.
-Я не могу, — прохрипел Олли.
-Можешь. Если жить хочешь, сможешь.
И он смог, сначала медленно и неуверенно, но потом все быстрее и быстрее, сжимая зубы, чтобы не закричать, он бежал по узкому, плохо освещенному коридору, потеряв надежду и теряя рассудок от жуткой боли и напряжения.
Нельзя было определить как долго продолжалась эта гонка, но в какой-то момент Олли смог разглядеть впереди очертания двери из-под которой пробивался слабый свет. У него появилась, маленькая, но все-таки надежда. Фонарик погас.
-Быстрее беги! — похититель снова ударил его, но на этот раз не сильно. И он побежал быстрее, хотя секунду назад думал, что это невозможно. Во рту появился металлический привкус, колено нестерпимо болело, руку он уже не чувствовал, но это было не так ужасно, как ощущение полной беспомощности и обреченности, осознание того, что он попался, словно маленький глупый мальчишка. Через минуту он стоял перед закрытой железной дверью, пытаясь отдышаться.
-Сейчас ты откроешь дверь и медленно сделаешь один шаг, ясно? — казалось его мучитель совсем не запыхался.
-Да, — просипел Олли, не узнавая своего голоса.
-Про пистолет помнишь?
-Да, дернусь, прострелите мне бедро.
-Именно. Пошел!
***
-Этого не может быть! — орал Тилль. — Здесь сотни операторов.
Когда стало понятно, что Олли исчез из лодки, охранники бросились на его поиски. Его не было ни в зале, ни за сценой, ни в гримерках, ни даже на улице. Спрашивали фанатов, которые могли видеть таинственное исчезновение, но все лишь разводили руками. Говорили, что Олли продирался через толпу в сопровождении какого-то мужчины, а потом пропал. И никто не мог вспомнить ни лица мужчины, ни того, куда тот увел басиста. Сначала вся группа, словно потерянные дети, сиротливо стояла за кулисами, ожидая добрых вестей. Но время шло, а ничего не менялось. Недовольные сумбурно законченным концертом, зрители, постепенно разбрелись. В зале горел свет, охранники сновали туда-сюда, изредка выхватывая кого-нибудь из толпы и отведя в сторонку пытались выяснить что-нибудь, но как уже было сказано, никто ничего не видел.
Прошел час. Зал опустел. Наконец, появилась первая весть, но она была недоброй. Охранники смогли открыть дверь пожарного выхода и обнаружили там следы. Пройдя по темному коридору до самого конца они наткнулись на концертную куртку Олли, самого же басиста так и не нашли. Кроме того, в зале был найден труп девушки-фанатки. Она лежала лицом вниз на лестнице верхнего яруса и поэтому сначала никто даже не заметил ее. Вызвали полицию. Ко всему прочему, несмотря на все меры предосторожности, за сцену прорвались журналисты.
Тилль долго молчал, нервно курил, а спустя полтора часа пришел в ярость: словно торнадо он пронесся по опустевшим коридорам, ворвался в кабинет администратора зала, опрокинул стул, предложенный ему, вытащил несчастного из кресла и попытался добиться объяснений.
-Простите, — администратор зала стоял, опустив глаза в пол, вжав голову в плечи и нервно переступая с ноги на ногу. Казалось, что еще чуть-чуть и этого побледневшего маленького человека хватит удар.
-Простите?! — Тилль нагнулся к администратору.
-Да, — робко ответил тот, отступая на шаг назад. — Никто не снял этого момента, никто не видел, простите. Я не могу помочь Вам, мы уже просмотрели все записи с камер, там ничего нет.