Ван Япин внимательно изучает стройную молодую китаянку в тёмно-синем костюме от известного пекинского дизайнера. Стараясь тщательно скрыть нотки ревности в голосе, она напряжённо интересуется:
— А кто она вообще такая? Зачем тебе с ней общаться?
— Это госпожа Го Жуйсин, советник по стратегическому планированию при Государственном совете и по совместительству профессор экономического факультета Пекинского университета, — поясняет Хоу с нескрываемым уважением в голосе.
— Она? Да ей и тридцати нет! — возмущается невеста.
— Милая, ей сорок два. С ней очень выгодно дружить, особенно мне, ведь я скоро завершаю обучение и планирую продолжить академическую карьеру.
Япин снова переводит взгляд на женщину, словно не веря услышанному. Вот же ведьма! Действительно, всем бы так выглядеть в свои сорок два — никаких признаков возраста, идеальная осанка и аура уверенности в себе.
— Хорошо, иди. Но я за тобой наблюдаю!
Сын налоговика поднимается из-за стола и уверенным шагом направляется к советнику по стратегическому планированию.
— Добрый вечер, госпожа Го, — сын налоговика приближается с почтительным поклоном. — Меня зовут Хоу Ган, студент четвёртого курса Центрального университета финансов и экономики. До меня дошла информация, что вы ищете перспективного и грамотного аспиранта для серьёзного исследовательского проекта.
Го Жуйсин медленно поворачивается к нему, в её глазах появляется искра заинтересованности.
— И где же вы это услышали? — с лёгким недоумением поднимает бровь профессор.
— Протокол заседания научного совета университета. У меня имеется соответствующий допуск, я ознакомился с обсуждаемыми вопросами.
— Интересно. Какая именно тематика вас привлекает?
— Неоднозначность экономических перспектив Китайской Народной Республики в контексте торговых противоречий с Соединёнными Штатами и роль органов государственной безопасности в процессе формирования положительного сальдо торгового баланса страны.
— Вы действительно уверены, что способны потянуть исследование подобного масштаба и сложности? — в тоне слышится вызов. — Это требует доступа к закрытой статистике и глубокого понимания макроэкономических процессов.
— У меня есть небольшое преимущество. Во-первых, мой отец возглавляет налоговое управление Пекина, что даёт мне доступ к релевантным данным и экспертному мнению. Во-вторых, у меня есть друзья в профильных структурах, занимающихся этими вопросами на практическом уровне. — Хоу Ган переводит дух. — Они не делятся подробностями работы, но я наблюдаю, какие колоссальные усилия предпринимает наша республика для того, чтобы китайские капиталы за рубежом были защищены столь же надёжно, как и внутри страны.
Профессор Го Жуйсин внимательно изучает лицо молодого человека, оценивая искренность слов. В её глазах читается профессиональный интерес к потенциальному исследователю.
— Позвольте задать прямой вопрос, — она наклоняет голову. — Что движет вашим интересом к данной проблематике? Какова ваша личная мотивация для изучения столь сложных макроэкономических процессов?
— Знаете, у меня есть чёткие предпочтения в отношении социально-экономических моделей, — начинает парень откровенно. — Я восхищаюсь людьми, создавшими миллиардные состояния, и категорически не приемлю нищету как социальное явление. Я понимаю, на первый взгляд может показаться, что у меня с детства булки росли на деревьях и всё доставалось без особых усилий.
Го Жуйсин, не скрывая легкой улыбки, подносит к губам бокал с белым вином. Хоу Ган безошибочно читает её мысли — она размышляет о типичности подобных заявлений от представителей привилегированных семей.
— Да, я никогда не голодал, никогда не пас свиней, как один мой недалёкий знакомый с севера. Никогда не работал на комбайне, не знаю с какой стороны к нему подходить, как его заводить и как он едет. Но я люблю тех, у кого есть миллионы долларов, не за деньги, а за те качества, которые им позволили заработать.
Профессор ставит бокал на столик у окна и поворачивается всем корпусом.
— Вы можете привести конкретные примеры таких людей, поднявшихся с самого дна социальной лестницы? Я сейчас говорю про ваших реальных знакомых.
— Взять хотя бы отца моей невесты, — звучит конкретное имя. — Его биография — классический пример китайского экономического чуда. Начинал практически с нуля на полях и сумел создать целое состояние благодаря упорству и предпринимательскому таланту.
— Хорошо, ваша позиция действительно интересна.
— Знаете, в одной стране — не будем её называть — популярна шутка о том, что революцию совершили исключительно для того, чтобы покончить с богатыми.
Профессор Го слегка приподнимает бровь:
— И какова, по вашему мнению, логика подобного подхода?
— Существует мнение, что представители состоятельных слоёв в той стране олицетворяли собой концентрацию пороков. Они почивали на лаврах унаследованного богатства и демонстрировали отвратительное поведение по отношению к менее обеспеченным людям.
— Да ну?
