Сегодня Катя, вопреки инструкции, обработала третий раз за последние полторы недели! Вчера продавщица Оксанка привезла из Дубского навороченное импортное средство, якобы действующее и в жару. Дорого, конечно, но пришлось взять, выхода нет.
«Слава богу, опрыскала! Неужели не поможет?! — Катя измождено прислонилась к шершавым доскам сарая. — Еще у бабы Любы на огороде надо обрабатывать. Но только завтра — на сегодня все! В бане сполоснусь, потом ужинать и спать».
Она поднялась. Свернула выданный старой женщиной сатиновый рабочий халат, в котором обрабатывала картофель, и пошла к бане.
Катя подтянула съехавшие с похудевших бедер бриджи, поправила сползший с плеча рукав футболки.
«Если жара в ближайшее время не спадет, от меня ничего не останется! Усохну до состояния мумии, — невесело размышляла Катя, продвигаясь по бабы Любиному огороду к бане. — Еще, как нарочно, заболела моя старая вредина: головные боли сильные и слабость. Дима сказал, что сосуды негативно реагируют на жару. Уколы сам ей делает. Будто я не умею!»
Она бросила осторожный взгляд на ряды картофеля и похолодела. Даже в наступивших сумерках она разглядела несколько полностью, до листика, обглоданных личинками кустов.
«Пожалуй, до завтрашнего вечера на бабы Любиной плантации останутся одни стебли! — ужаснулась Катя. — А утром обрабатывать рискованно, очень жарко прямо с утра».
От расстройства у нее закололо сердце.
Катя вошла в предбанник. Пахло запаренным березовым веником и разогретым деревом. Скинула пропотевшую одежду. Взглядом проверила, на месте ли еще утром припасенное чистое полотенце и домашний халат. Взглянула на себя в запыленное зеркало.
«Чучело! Настоящая Баба Яга и Кощей Бессмертный в одном флаконе, — рассматривая себя в зеркале и заодно протирая его от пыли подвернувшейся под руку тряпкой, причитала Катя. — Волосы выгорели, лицо, как у негритянки, загорело, а нос облупился!»
Она с досадой махнула рукой.
«Скорее бы баба Люба поправилась. Жалко ее, — невесело продолжала размышлять Катя, тщательно намыливая голову. — Дима сказал, как жара спадет, так ей станет легче. А пока нужно потерпеть».
Она несколько раз окатилась водой, вышла в предбанник и плотно прикрыла дверь в жар бани. «Сонечку с бабой Любой утром намою. Правда, баня за ночь остынет, но ничего — брошу в подтопок пару поленьев, чтоб только тепло было, и намою!»
Собравшись, Катя заспешила по тропинке к дому бабы Любы.
Старая женщина с Сонечкой ожидали Катю, сидя на верхней ступеньке крыльца. Рядом с крыльцом, на старом расшатанном стуле, сидел пришедший проверить самочувствие бабы Любы Дима и рассказывал что-то веселое.
— Мамочка пришла! — бросилась навстречу Кате дочка и начала делиться новостями. — Мы отварили сосиски и макароны, чай приготовили из травки. А еще — вкусный кисель! — в голоске дочки уморительно прозвучали хозяйственные нотки.
— Сонечка, не прижимайся ко мне, я очень сырая после бани, — отстранилась от нее Катя.
— Я тоже хочу купаться, — закапризничала Сонечка.
— Нет, уже поздно, моя маленькая. Завтра утром, – ласково пояснила Катя. — Пойдемте быстрей ужинать, а то в обморок голодный упаду, — шутливо проговорила она и пригласила взмахом руки всех в дом.
После ужина она решила по-быстрому сходить к колонке за водой на утро.
— Баба Люб, я до дома. Переоденусь только! Воды принесу тебе, и мы с дочкой уйдем. А ты отдыхай, тебе покой нужен!
— Не устала я, не уработалась, — недовольно отозвалась старая женщина и отвернулась к окну.
Катя схватила ведра и заторопилась к порогу.
— Задержись на минутку, — окликнул ее Дима из комнаты, где он и Сонечка развлекались с Шерри. — Я кое о чем хочу тебя попросить.
Катя недоуменно остановилась.
— Я тебя не задержу… — Он кинул на нее быстрый взгляд и тихо попросил: — Приготовь, пожалуйста, свой диплом и оставь его у бабы Любы. А я завтра заберу.
— Зачем? — обалдело спросила Катя.
— Не скажу! — твердо ответил Дима и тихо добавил: — Пока не скажу.
Баба Люба с загадочным выражением лица скосила глаза в их сторону.
«Явно старая вредина знает зачем! Вон как хитро смотрит. Но ведь не скажет! Ну и не надо. Спать крепче буду. Никто меня с моим дипломом не ждет!» — поразмыслила про себя Катя, а вслух пообещала:
— Хорошо, Дим, обязательно принесу, не забуду!
Через день, вечером, в закатных лучах утомившегося солнца, Катя стояла посреди огорода и любовалась наливающимися помидорами. «Еще раз пасынки придется обломать, — улыбнулась она, — в третий раз уже! А еще весной я и не подозревала, что существуют пасынки и их надо обламывать!»
Катя в тревожном ожидании окинула взглядом свои картофельные ряды. Прожорливых красно-коричневых личинок было не видно. Облегченно вздохнула: «Не обманула продавщица Оксанка, помогло импортное средство! Картошку у бабы Любы на огороде я тоже обработала, — Катя от радости закружилась по тропинке. — Воды натаскаю и я свободна до завтра!»
Спину тянуло от усталости.
— Как-нибудь справлюсь! — подбодрила себя она, взяла ведра и направилась к колонке.
