Ульянка кивнула головой и побежала. Дед с Гришкой взяли в сарае по лопате и пошли копать. Копали, копали, устали и решили сесть на лежавшее поодаль бревно передохнуть. На лбах у обоих выступила испарина.
– Эй, сосед! – раздался крик из соседского огорода.
Дед с Гришкой обернулись и увидели торчащую из-за забора седую мужскую голову в фуражке.
– Твоя псина? – спросил выглядывавший, подняв вверх собачонку.
– Вот, шельма! – рассердился старик, встал с бревна и пошел к калитке.
Сосед исчез за забором. Гришка не отставал от деда и побежал следом.
– Спасибо, – сухо буркнул дед, взял собаку и направился домой.
– Может быть, как-нибудь с жинкой на чай зайдете? – спросил сосед в спину Гришкиному деду, но дед не ответил.
Дед Татищев закрыл калитку, вернул собаку в будку и направился обратно к грядке. Взяв лопату, он продолжил копать. Гришка тоже. Ульянка выползла из курятника радостная от добытого тазика яиц.
– Теперь неси в дом к бабке, – сказал дед, и девочка побежала в дом.
Немного покопав, Гришка остановился, задумался и, выбрав момент, спросил деда:
– Слушай, дед, а чего ты так сухо ответил Мишкиному деду – деду Боре?
– А чего-й то спрашиваешь? – спросил дед, кряхтя.
– Да так, – ответил Гришка. – Мишка говорил, что вы с его дедом друзьями неразлучными были, а потом ты перестал с ним общаться.
Гришкин дед остановил копку, усмехнулся, немного помолчал, затем ответил:
– Застал ты меня, ей-Богу, врасплох, но знаешь… Как тебе правильно сказать… Бывают такие друзья, наравне с которыми враги выглядят куда лучше.
Гришка прищурил глаза и задумался.
– Не понял? – спросил дед.
Гришка помотал головой из стороны в сторону.
– Близкий друг может оказаться страшным врагом, а ты всю жизнь прожил с ним бок о бок и в толк не мог взять, почему у тебя то там, то сям не клеится, – объяснил дед.
– Мишкин дед – твой враг? – пришел к заключению Гришка.
– Типо того, – усмехнулся дед. – Но я зла не держу, иди он к лешему. Я похоронил нашу дружбу, как только узнал, какой он человек не самом деле.
– И какой же? – не унимался Гришка.
– С гнильцой, – резко отозвался дед о соседе.
– Это как яблоко? – уточнил внук.
– Как яблоко, – утвердительно ответил дед.
– Ничего не понимаю… Яблоко – фрукт, а человек нет… – Гришка развел руками.
– Ты маленький, да любопытный, – засмеялся дед.
Глаза у мальчонки загорелись, и он жалобно провопил:
– Расскажи, дед.
– Что ж, случай, – вздохнул дед Татищев и начал рассказ. – Были мы юными, энергичными, задорными; одним словом – кровь с молоком! С Мишкиным дедом так дружили, что едва ли ни братьями друг друга считали. И в школу вместе, и на рыбалку, и на танцы, потом уже и в техникум один даже пошли. Что ж, что было, то было. Училась с нами девушка Лида. Юная, милая, воздушная, прямо как облако.
– Подожди! – воскликнул внук и сощурил глаза. – Нашу бабушку тоже Лида зовут.
Дед усмехнулся:
– Да, Лидия Николаевна. В девичестве – Лида Тихонова. Но ты слушай, сорванец, дальше, что я тебе скажу.
Мальчик замолчал и внимательно уставился на деда.
– Я смотрю: она нет, да украдкой на меня взгляд кинет, а потом встрепенется и отведет, как заметит, что я увидел, будто кипятком ее ошпарило, – продолжил дед. – Стал я за Лидой ухаживать: домой провожать, в кино приглашать. Понравилась девка мне, да и сама она ответила взаимностью, не то, что Мишкиному деду. Тот все с нами рвался то туда, то сюда, старался не отстать, а то и где без меня подкараулить и сопроводить ее. Учеба закончилась, армия замаячила на горизонте. Мы с так называемым другом в одну роту попали, а Лида здесь на гражданке работать пошла ткачихой на фабрику, потому что туго было с работой, а деньги были нужны. Два года службы прошли как на пороховой бочке. Поменялась моя Лида так, что никак я в толк не мог взять, что случилось.
