— И все-таки ты не должна была… посмотри на мои волосы. Мы не дети, чтобы обливать друг друга…
— Прости, Дим… я не хотела тебя обидеть.
— Стема, ты можешь больше не волноваться. Все очень просто: позавчерашний бульдозер прокладывал дорогу для машины, которая забрала камень и инструменты.
— Замолчи!
— Теперь уж тебе не о чем волноваться… и может быть, это даже к лучшему.
— Но почему?! Что там произошло?
— Ничего ровным счетом. Раздумали. Да и что им, собственно, было терять? Машину камня?
— Машину камня и колышек…
— Колышек остался.
— Колышек и машину камня…
— Машину камня, к которой проложил дорогу бульдозер…
— Не смей… И что было потом?
— Все увезли.
— Все. Кроме колышка.
— Кроме колышка…
— Дим, знаешь что? Давай споем…
— Давай.
— Давай… Риголетто!
— Мы не можем оставаться в стороне! Надо предпринять!.. Надо сделать… Ну что вы сидите? Ей-богу, я вас не понимаю!
Радиодиктор все еще продолжает рассказывать вкрадчивым голосом о новом почине граждан города Энска, связанном с охраной окружающей среды, а Суспензия уже с полчаса не находит себе места от волнения. Вся бухгалтерия занята делом, только она носится из угла в угол и призывно размахивает руками.
— Мы тоже должны стать авторами какого-нибудь почина! И как можно скорее, а то нас опять опередят, вот увидите! Эти решили не вырубать в городе все деревья подряд — и пожалуйста, про них по радио рассказывают! А мы разве хуже?
— Завидно? — усмехается главбух, старый ехидный зануда, которого никак не выпроводят на пенсию. — А вы посадите лес на асфальте…
И он вонзает свои костлявые пальцы в калькулятор.
— Ах, у вас, извините, никогда не найдешь душевного отклика! Все вы шутите!.. В других организациях…
Главбух задет:
— Вас, Суспензия, трудно принимать всерьез. Вот за окном растет одно-единственное деревце. Вы его хоть раз полили? Нет. Зачем же столько шума?
— А вы поливали? — обижается Суспензия. — Вы по должности обязаны быть более инициативным. Да ладно… Главное теперь — дружно взяться… Что вы молчите, товарищи? Давайте выдвигайте идеи! Думайте головой! Ну, что мы соберемся сделать для родной природы, а?
— Понятия не имею, — признается одна из женщин.
— А почему ты смотришь лично на меня? — возмущается другая.
— Я смотрю на коллектив! — гордо возвещает Суспензия. — А тебя… век бы не видала!
Завязывается оживленная дискуссия, в разговор вмешиваются и остальные счетные работники. В конце концов одна из женщин не выдерживает.
— Ох, — вздыхает она, поднимаясь из-за стола, — с вами совсем озвереешь. Лучше я и вправду полью деревце… Каждый охраняет природу как может.
Она извлекает из-под умывальника ведро, наполняет его свежей водой и выходит.
— А ведь это идея, — задумчиво говорит другая женщина и тоже встает.
— Вы считаете? — загорается и Суспензия.
…Вокруг молодого деревца собралась толпа: на улицу высыпал весь трест. Здесь и управляющий, и оба зама. Радио слушают все, и каждому хочется внести свою лепту в благородное дело.
— Надо бы расширить яму…
— А потом сделаем бетонный поясок, чтобы вода не растекалась.
— Сколько ведер уже налили?
— Два… но сначала надо бы обрезать сухие веточки.
— Вы так считаете?
— Обрезали уже!
— Вы меньше разговаривайте, а больше воду носите… Раз уж бросили работу, так надо хоть дело сделать. Обрежем — и еще польем.
— А разве двух ведер недостаточно?
— Ай-я-яй, уже устали?.. Разбирайте ведра, люди, не стойте руки в боки! Надо же, какие лодыри пошли…
— Вода из крана не годится, она хлорированная!
— Ничего, земля все переработает… Нет, я просто удивляюсь на вас. Советовать — так все, а работать — так никто. Пошевеливайтесь немножко!..
— А я считаю, что ветки надо еще подрезать. Крона получается слишком густая, и солнце с трудом проникает к корням. Вам не кажется?
— Тоже Тимирязев нашелся! Солнце нужно листьям, а не корням. Фотосинтез!
— А вы не умничайте!
— Если ветки обрезать, что получится?
— Остановитесь! Вы уже все дерево обстригли! Вспомните, как оно выглядело раньше и на что похоже теперь.
— На что?
— На жареную ворону! Где ваши глаза, люди добрые? Разве орехи такие бывают?
— А что, это орех?
— Какой, к черту, орех?
— У меня есть знакомая в тресте озеленения, можно позвонить.
— Не надо никуда звонить — это клен! Вот народ: простого клена не различают!
— Скажешь тоже — клен! Это орех. На, понюхай листик…
— Да, но в таком случае мы зря сыпали сюда чернозем. Орех любит глину, вы что, не знаете?
— Лично я ничего не сыпал.
— С чего вы взяли, что он не любит чернозем? Чернозем все любят!
— Глину, песок — вот что любит орех!
— А что ж вы до сих пор молчали? И как быть теперь?
— Очень просто: выгрести чернозем и насыпать песку.
— А где его взять?
— Не догадываетесь? Детская площадка рядом!
— Нет, товарищи, такой песок не годится. Нужно землю смешать с песком и глиной в определенной пропорции. Вам любой крестьянин скажет!
— У меня есть знакомая в управлении сельского хозяйства, можно позвонить.
— Бросьте вы, я сам из деревни… Давайте воду!
— Слушайте, а если подсыпать удобрения?
— Работают сегодня магазины?
— Возле вокзала всегда открыто… Я там топор покупал!
