Прежде всего, на ум приходит человек, приславший мне угрожающее письмо-предупреждение. Конечно, следовало бы отыскать его. Но в моем положении новоприбывшего это не так-то просто. А тип, который выведывал особенности моего характера? По словам жены моего друга, он был похож на деревенского жителя. Ежели этот тип живет здесь, в Деревне восьми могил, то найти его — дело трудное, но вполне выполнимое. Если каждый вечер посвятить одному дому, за не столь уже долгое время можно обойти всю деревню.
Прежде всего, я поинтересовался людьми, которые в последнее время выезжали из деревни. В частности, расспросил Харуё. Харуё поведала мне, что в последнее время из деревни выезжали только старик Усимацу и Мияко, больше никто. И добавила, что, хотя живет затворницей и крайне редко выходит из дому, служанка Осима сообщает ей обо всех деревенских новостях.
С деланым равнодушием я поинтересовался, а не уезжал ли куда-нибудь Синтаро Сатомура? Вопрос, кажется, удивил Харуё, но она, ни секунды не колеблясь, ответила отрицательно, пояснив при этом, что, если бы Синтаро уезжал куда-нибудь, ей бы обязательно стало об этом известно. У Норико слабое здоровье, от любого, самого незначительного переутомления она сваливается в постель. Синтаро и Норико стараются сохранить это в тайне, равно как и то, что каждый день приглашают Осиму помочь по хозяйству — постирать, сварить рис. Поэтому, если б хоть одну ночь Синтаро отсутствовал, Харуё обязательно узнала бы об этом от Осимы. «Но, — попросила Харуё, — ни Коумэ-сама, ни Котакэ-сама ни в коем случае не должны ничего знать».
Ее рассказ в немалой степени удивил меня. Мне казалось, что в этом доме все без исключения терпеть не могут Синтаро, но оказалось, что одна его обитательница, пусть тайно, но сочувствует ему. Это лишний раз свидетельствовало о доброте ее сердца, и это, откровенно говоря, обрадовало меня. Но одновременно какое-то беспокойство терзало мою душу. Стремясь избавиться от него, я спросил, почему вся семья, кроме самой Харуё, ненавидит Синтаро. Сначала Харуё пыталась убедить меня, что это не так, что я не прав, но мои настойчивые вопросы заставили ее воскликнуть:
— Ужасно! Ты только-только приехал и то сразу заметил, что отношения у нас плохие… — Харуё глубоко вздохнула.
— Да нет, что ты! Ничего страшного в этом нет. Плохо то, что отец Синтаро — Сюдзи был куда порядочнее, честнее, достойнее нашего отца, но всегда занимал место младшего брата.[25]
На лице Харуё отразилось страдание.
— Брату больно было бы слышать эти слова, да и для меня они мучительны… Тацуя-сан, как бы времена ни менялись, в деревне по-прежнему семья — оплот всего. И старший сын — продолжатель рода. И если старший не полный болван или сумасшедший, ни второй сын, ни третий не могут стать выше его, какими бы достоинствами и талантами они ни обладали. Если старший и младший братья не особенно отличаются друг от друга, то и проблем особых не возникает, хороши они или плохи. Но у нас в семье младший и старший разительно отличались друг от друга. Дядя Сюдзи был прекрасным человеком, за него никогда, нигде, ни перед кем краснеть не приходилось. А вот наш отец… Потому-то наши бабушки и беспокоились: нужен же нам продолжатель рода! Чем вводить в семью человека со стороны, лучше было отыскать младшего сына, то есть тебя. — Она понизила голос: — В семье Тадзими, увы, все какие-то никчемные. В том числе и мы с братом. Мы несостоявшиеся люди. Не надо, ничего не говори, я прекрасно знаю, что ты скажешь — просто не хочешь огорчать меня. Но я ничем не лучше других. — Харуё грустно улыбнулась. — Что же касается Синтаро, он отличный человек! Жизнь сложилась таким образом, что и он стал жертвой войны, ведь он вернулся с нее совсем нищим. Но при этом по личным качествам мало кто может сравниться с ним. А у бабушек это вызывает страшную досаду и ревность. Это какой-то комплекс неполноценности.
У Харуё было слабое сердце, и заметно было, что разговор утомил и взволновал ее: она тяжело дышала, лицо побледнело, взгляд потух. Я ощутил острую жалость к ней. Но даже в этом состоянии она улыбалась.
— А знаешь, я рада, очень рада, что ты вернулся в семью! Ты такой серьезный, настоящий человек. Просто замечательный человек. Это так радует меня!
Глаза Харуё на миг сверкнули, но она, как обычно покраснев, поспешно опустила их.
Мне давно хотелось посетить могилы восьми Богов Света, те самые могилы, которые были источником всех зол и бед, обрушившихся на деревню. Я вовсе не рассчитывал, что, побывав на могиле, найду ответы на все загадки, просто ощущал потребность увидеть их.
На седьмой день моего пребывания в деревне к нам после обеда зашла Мияко, и я сказал ей о своем желании.
— Пойдемте вместе! Я пришла узнать, не могу ли быть вам полезной, и раз никаких других дел у вас нет, мы вполне успеем до вечера сходить на могилы, — сказала она.
