Дерево-призрак полностью

Лорен попыталась открыть глаза, но они совсем слиплись. Впрочем, даже ничего не видя, она понимала, куда они едут.

Это могло быть лишь одно место.

Дерево-призрак.

Алекс свернул на свою улицу, напряженно вглядываясь в темноту в поисках Лорен. Или она бежала очень быстро, или полицейский поехал не в ту сторону.

Или убийца ее уже схватил.

Нет, он не станет так думать. Он ее найдет и защитит.

С самого дня, когда обнаружили мертвых девочек, Алекс ощущал себя на три шага позади, как будто он с трудом пытается наверстать разрыв в очках в игре, где правила известны всем, кроме него.

Но в этот раз убийца их предупредил. Он назвал имя цели. И Алекс сделает все, что в его силах, чтобы не дать Лорен стать следующей жертвой.

Полицейский притормозил перед домом Ди Муччи. Но он даже не успел заглушить автомобиль, когда разглядел что-то странное на другом конце улицы.

Будто от миссис Шнайдер тянется вереница людей с факелами.

И направляется прямо к его дому.

Алекс не стал тратить ни секунды на размышления о том, каковы могут быть их намерения. Он вдавил педаль газа в пол, врубил сирену и маячки и сорвался в сторону тупика.

Офицер надеялся, что вид и звук патрульной машины остановит толпу. Хотя бы на время. Однако когда Алекс с визгом затормозил перед своим домом, никто даже не обратил на него внимания.

Полицейский открыл дверь и бросился через переднюю лужайку к дому. Второй раз за день он достал оружие, и второй раз за день у него возникло жуткое ощущение, что никакие его слова не смогут повлиять на присутствующих.

Толпа медленно и решительно двигалась вперед: взгляды пустые, на залитых светом факелов лицах читается та же тупая злоба, что и у людей на ярмарке.

Алекс услышал, как за его спиной открылась дверь.

– Алехандро! – выкрикнула София. – Не подходи к ним!

– Соф, хватай детей и беги прочь из дома через заднюю дверь. Идите к Карен.

– Я никуда не пойду, – она встала бок о бок с мужем.

Полицейский не сводил взгляда с надвигающейся толпы, но краем глаза различил, что София держит в руках большие садовые вилы.

Во главе строя Алекс заметил миссис Шнайдер.

Естественно. Старая Расистка помирала от желания предать нас огню с первого же нашего дня тут.

С мрачной улыбкой Алекс мысленно добавил: «Лучше бы ей не попадаться Софии под руку, а то ей башку проломят».

– Никому не двигаться – стрелять буду! – офицер навел дуло пистолета на ногу старухи. Она выступала главным зачинщиком – в этом полицейский был совершенно уверен. И если остановится она, остальные последуют за ней.

Впрочем, не факт. Никогда прежде Алекс не чувствовал себя таким беспомощным, не ощущал так ясно, что здесь у него нет никакой власти. У мужчины возникло странное ощущение, что, даже если перестрелять всех в толпе, люди просто поднимутся и продолжат движение как ни в чем не бывало.

В глазах присутствующих он не был офицером полиции. Он был «грязным мексикашкой», чужаком. И дело не в нем одном. Семья Алекса: брат и невестка, дети и племянник – сейчас находятся в доме, который толпа собирается поджечь. Их не считают за людей.

Алекс услышал, как что-то бряцнуло о стену дома, и на мгновение перевел взгляд с толпы. Его брат разматывал садовый шланг.

– Гениально, – пробормотал про себя полицейский, после чего прогремел: – Это последнее предупреждение.

У него револьвер, так что застрелить всех не получится, даже если попытаться.

Но миссис Шнайдер я застрелить хочу, правда хочу.

Она была всего в паре шагов.

– Алехандро! – крикнула София.

Он нажал на спусковой крючок.

Пуля вошла миссис Шнайдер между ступней и щиколоткой. Алекс прицелился аккуратно: чтобы не задеть жизненно важные органы или крупные сосуды, хотя, вероятно, при ее-то хрупких старушечьих костях что-то все равно сломало.

Миссис Шнайдер запнулась и вскрикнула, но шагать вперед не прекратила, несмотря на появившуюся хромоту. Глаза ее пылали ненавистью, а факел в руках – убийственным огнем.

Неожиданно Алекс почувствовал, что на голову ему капает холодная вода: Эд включил шланг. Мужчина направил струю над головами Алекса и Софии, целясь в ближайший ряд незваных гостей.

Некоторые факелы заморгали и погасли, но люди все равно продолжили неумолимо двигаться вперед.

София покрепче перехватила вилы и повернулась боком, будто игрок в бейсбол, готовый принять подачу. На головы лилась вода – Эд пытался затушить оставшиеся факелы.

Слева от Алекса что-то пошевелилось: какая-то маленькая тень, а за ней другая.

На лужайку шагнул Дэвид Ди Муччи. Заслышав крик Карен «Дэвид!», полицейский тут же вернул пистолет обратно в кобуру. Еще не хватало случайно застрелить ребенка. Алекс протянул руку к мальчику, пытаясь схватить его и увести в сторону, чтобы он не пострадал.

– Стойте, – приказал Дэвид толпе.