В такси Анри немного пришёл в себя. Что происходит? Что это за новости — кафе продано? Его кафе? Так оно же заложено под кредиты, уже два раза! Какой дурак купит эту развалюху?! Это же всё равно, что выбросить деньги на ветер!
— Клемо, расскажи ещё раз, а? Кто купил моё кафе?
— Да я сама толком не поняла! Мама больше хрюкала в трубку, я так и не поняла, она там смеётся или рыдает! Кажется, они с отцом решили бросить свой виноградник и вернуться в Париж. Будут снова продавать мороженое туристам… а ещё мама что-то говорила насчёт твоего отъезда… Ты куда собрался? Куда-то завербовался? За границу?
Анри совершенно ничего не понимал. Он никуда не выходил из номера своего мужчины… Стоп, он же даже не знает, как его зовут! Они много разговаривали в промежутках между сексом, но Анри всё время был пьян почти до бесчувствия. И самое интересное — они же почти не пили. Так, по чуть-чуть. Тогда почему в голове сплошной туман и никаких имён? Он что, под кайфом был? Его накачали наркотиками? Но он точно помнит, что не пил никаких таблеток. Анри поспешно закатал рукава. Чисто, никаких дырок в венах. Только почти выцветшие мелкие синяки, как браслеты на запястьях. Будто от чьих-то очень сильных пальцев.
— Клемо… Что я натворил, а?
— Я не знаю! Всё, приехали. Вылезай, пошли разбираться.
***
Отец с матерью словно помолодели, приехав в Париж. Когда Анри видел их в последний раз — это было на Рождество — отец ходил в какой-то заношенной фуфайке, а мамины волосы неряшливыми серыми прядками свисали из-под старушечьей шали. А теперь у мамы короткая стильная стрижка и даже лёгкий макияж на лице. Седина совсем маму не портит, надо же… Отец в своём строгом старомодном костюме выглядит как гость на свадьбе. Это точно их с Клементиной родители?
— Анри, малыш! — от мамы знакомо пахло её любимыми духами. Когда она пользовалась ими в последний раз? Ещё когда они все вместе жили в Париже, кажется…
— Привет, мама, папа… Я не совсем в курсе, что происходит?
— Нашёлся покупатель на твоё кафе. Погасил задолженности и попросил нас приехать всей семьёй, надо ещё какие-то документы оформить. Сынок, ты уезжаешь? Нам пришло письмо из американского консульства, ты подал заявку на получение визы. Почему именно в Америку?
Если бы Анри знал… Какая Америка?! Объяснит ему кто-нибудь толком, что тут творится?! Кто сошёл с ума? Он сам? Его родители? Весь мир?!
— Добрый… день. Простите, я не очень хорошо говорю по-французски. Здравствуй, Анри. Спасибо, что приехали.
Анри видел этого мужчину голым. В купальном халате. В заляпанной малиновым сиропом рубашке и джинсах. Он в любой одежде был божественно красив. Но от его вида в незнакомой, похожей на военную, форме можно было кончить без мастурбации. За считанные секунды.
— Разрешите представиться. Меня зовут Джон Уайт. Я пилот авиакомпании «С-триал». Командир экипажа юго-восточной линии. Друг Анри.
Друг?.. Его зовут Джон. Джон…
— Нотариус нас ждёт, пойдёмте?
***
Следующие полчаса Анри сам себе напоминал китайского болванчика. Есть такие игрушки, постоянно кивающие хитро приделанной маленькой головой. Он только кивал, не в силах поверить, что всё происходит наяву. Это сон, да? Только не понять пока, волшебно-прекрасный или кошмарный.
Джон Уайт выкупил полностью потерявшее рентабельность кафе и погасил задолженности по трём залогам — двум за помещение и одному за оборудование. Выплата кредитов приостановлена на два года, потому что новый владелец сразу выплатил проценты. Когда кафе начнёт нормально работать, суммы кредитов будут понемногу погашаться за счёт уже оформленных в банке договоров. Само кафе в данный момент передаётся в собственность физического лица — отца Анри, назначенного управляющим, а Джон Уайт остаётся его номинальным владельцем, имеющим право на оговорённую в договоре годовую сумму дохода. Поскольку Джон Уайт иностранец, налог составит вполовину меньшую сумму, чем выплачивал раньше Анри.
— Откуда ты взял документы на кафе? — Анри старался говорить как можно тише, чтобы его услышал только Джон. Но понижать голос вовсе не требовалось. Родители и Клементина азартно выспрашивали нотариуса о пунктах договора, не обращая внимания на шепчущихся у окна Анри и Джона.
— Ты рассказал мне про свои затруднения и подробно объяснил, где лежат все бумаги. Я поехал в твоё кафе. Ключ ты мне дал. А дальше работали профессионалы в банковских делах и моя карта «Америкэн Экспресс».
— Я сам тебе всё рассказал и отдал ключ?! Я?!
— Я тебя попросил. Мне бы не хотелось, чтобы у тебя тут остались незаконченные дела.
— О чём ты говоришь? Какие незаконченные дела?!
— О которых ты будешь волноваться в Нью-Йорке.
— С какого перепуга я окажусь в Нью-Йорке? Я всю жизнь прожил в Париже, и никуда не собираюсь уезжать!
— Собираешься. Ответ из посольства уже пришёл, завтра у тебя собеседование. Мы пойдём вместе, не беспокойся. Проблем быть не должно.
— Я не понимаю, о чём ты говоришь!
— Ты едешь в Америку, Анри. Со мной. На постоянное место жительства.
— Что я там буду делать, в твоей Америке?!
