- Графу, слава богу, дракон на ухо наступил. Он не узнает си-бемоль, даже если тот укусит его за задницу.
- А почему "слава богу"? - осторожно поинтересовалась я.
- Да потому, что сыгранная без единой фальшивой ноты мелодия меняет мир к лучшему!
- Это к какому такому лучшему? - подозрительно поморщилась я. - Если к графскому лучшему, то в мире не осталось бы ни одного натурала.
Мда, слава богу, что графские уши оттоптал дракон. Да их вообще стоило отрезать! А то как бы чего не вышло. Последние две фразы я, кажется, произнесла вслух.
- Уже вышло, - кивнула Сивилла. - Когда-то, в незапамятные времена, в далекой-далекой стране... Ой, что это я? - И местная легенда усиленно заморгала, приводя в порядок расфокусировавшиеся зрачки. - Примерно лет двадцать назад, когда эти паршивцы, цу Кабздец и близнецы фон Честеры, были еще мелкими детьми - ну такими, знаешь, в возрасте ранней гендерной идентификации - идиотка-мамаша, то есть графиня-мать цу Кабздец в честь королевского визита напялила на сынишку бархатный костюмчик с блондами и гольфы с помпонами. Но дуре этого показалось мало - она приказала завить мальчишке локоны! Крупные локоны, представляешь?
Я представила. Лорд Фаунтлерой как лорд Фаунтлерой. Мечта педофила. И что?
- Что вы, молодые, смыслите в паутине судеб! - махнула на меня рукой Сивилла и продолжила: - И когда братцы фон Честеры увидели своего товарища по играм, вечно перемазанного, исцарапанного и шкодливого, в столь приличном виде, они задразнили его девчонкой. А он от обиды крикнул: "Сами вы девчонки!" - и сел за Философский Рояль, и сыграл собачий вальс. Первый и, надеюсь, последний раз в жизни он сыграл его правильно. Догадываешься, что потом произошло?
Ох, догадываюсь. Теперь понятно, по чьей милости гендерная идентификация юного Кабздеца и не менее юных фон Честеров пошла, гм, другим путем. Философский Рояль изменил реальность к лучшему по воле задразненного приятелями мальчишки.
- Погоди-ка, погоди-ка... - Я старательно ловила мысль за хвост. Мысль верещала и уворачивалась. - Фон Честеры... А как зовут Близнецов-Властелинов, про которых мне твоя ученица талдычила?
- Дошло, наконец. Бинго! - хлопнула в ладоши Сивилла. - Честерами их зовут. Сэмюэль и Деанус фон Честеры. Оба красавцы, один - сущий ангел, другой - сатана во плоти. Такие сердцееды росли! А по милости сопливого Кабздеца выросло... тьфу! - и местная легенда смачно плюнула в золотую плевательницу.
- А что будет, если кто-то сыграет на рояле, не фальшивя? - Откровенно говоря, мне не было дела до чужих сексуальных проблем, у меня и своих сексуальных проблем хватало.
- Философский Рояль откликнется на его самые сильные желания, - многозначительно кивнула Сивилла.
Интересно, показалось мне или она еще и двусмысленно подмигнула? А, плевать. Все равно я на рояле играть не умею.
Потуга десятая
- Послал же бог бездарь в хозяйки! А еще из приличной семьи, называется, где веками девочек с малолетства муштруют нотной грамотой и гаммами! У тебя способность к музыке должна быть в крови!
Оказывается, последнюю мысль я высказала вслух, и очнувшийся от раздумий Дерьмовый меч поспешил поделиться своим ценным мнением. Доля истины в его словах была, но я не собиралась проливать свою кровь, чтобы поискать в ней невостребованные таланты.
- Кто это там гавкает? - изумилась Сивилла.
- С тобой, свинья, не гавкает, а разговаривает меч Дерьмовый! - Хамоватый артефакт был верен себе.
- Надо было по запаху догадаться, что ты притащишь этот болтливый источник миазмов с собой, - хмыкнула ясновидящая. - Кстати, могу порекомендовать отличный импортный дезодорант - "Рексо Нах". Производится, как нетрудно догадаться из названия, высокогорными монахами-отшельниками провинции Нах, из молока летучих мышей.
- Да я!.. Да ты!... - задохнулся от возмущения меч. - Да своим запахом я не раз спасал хозяйку, предупреждая об опасности! А легкий повседневный аромат - это остаточное явление!
Ого, да тут нашла коса на косаря, как говорится! Впервые вижу свое оружие в таких растрепанных чувствах. Неужели его напугала перспектива близкого знакомства с удоями мелкого крылатого скота?
- К сожалению, меч прав, - вмешалась я в светскую перепалку. - Я не могу оставить нас без индикатора опасности, даже ради собственных органов обаяния.
Ободренный моей поддержкой, меч торжествующе полыхнул коричневым светом, как бы показывая Сивилле язык.
Та лишь пожала плечами и поставила на плиту золотой чайник. Щелкнул тумблер, и под чайником вспыхнул крошечный голубоватый файербол. Видя мое вопросительное моргание, колдунья снисходительно ухмыльнулась и щелкнула другим тумблером: висящие на стенах и потолках хрустальные бра и люстры озарились ярким светом, разгоняя темноту позднего вечера.
- А как... - начала было я, но тут зорким глазом заметила пучки проводов, идущие от плиты и светильников в неприметную подсобку.
