Среди студентов есть те, кто уже хорошо знаком с работами Деррида, поскольку они посещали его парижский семинар, который он проводит для небольшой группы в своего рода филиале Корнелльского университета и Университета Джонса Хопкинса на площади Одеон. Это можно, в частности, сказать об Алане Бассе, который станет одним из лучших американских переводчиков Деррида: «В Париже курс, который Деррида вел в 1970 году, был посвящен Лотреамону; я был очарован его подходом и начал его методически читать, часто включая в свои собственные тексты цитаты из него. В Балтиморе на его семинаре основной задачей было прочтение Лакана и особенно «Семинара о „Потерянном письме“». Чтобы хорошо понять Лакана, я решил по возможности систематичнее прочесть и Фрейда. Это стало для меня введением в психоанализ, который позже станет моей профессией. Работа, которую я написал в конце этих нескольких курсов, Деррида очень понравилась. Он вместе с Маргерит и своими детьми принял меня в своей квартире, и мы долго обсуждали мой текст. Я помню об этом, словно бы это было вчера: Жак Деррида собственной персоной сидел рядом со мной и правил мои грамматические ошибки. Через несколько дней Хиллис Миллер, который тогда преподавал в Хопкинсе и был одним из самых горячих защитников Деррида, предложил мне в качестве диссертации сделать аннотированный перевод „Письма и различия“. Я почувствовал, что мне предлагается удивительная возможность. Жак и Хиллис поговорили со мной о моем будущем и роли, которую они отводили мне в своих планах. На следующий год в Нью-Йоркской публичной библиотеке я начал переводить „Письмо и различие“, проверяя одну ссылку за другой. Когда встретилась цитата из „Монадологии“ Лейбница, я прочитал весь этот текст целиком»[584].
В этот период в американском университетском мире Деррида все еще известен лишь немногим. Причина прежде всего в том, что он ведет занятия на французском, а потому они доступны лишь ограниченному числу студентов, но, главное, в том, что ни одна из его книг пока не вышла на английском. Алан Басс занимается «Письмом и различием», тогда как Гаятри Спивак, молодая женщина бенгальского происхождения, начинает переводить «О грамматологии». Но обе работы выйдут в свет только через несколько лет. Пока же принципы деконструкции становятся известны в США только благодаря лекциям и личным встречам. С середины октября, продолжая читать лекции в Университете Джонса Хопкинса, Деррида начинает раз в неделю посещать и другие университеты. Поль де Ман только что перебрался из Балтимора в Йель, что вскоре приведет к важным последствиям. Пока же он просит Деррида прочитать лекцию на тему «Литература и психоанализ» на факультете сравнительного литературоведения. В противоположность тому, что произошло во время первого визита Деррида в Йель, теперь он, как заверяет де Ман[585], будет иметь дело с «весьма заинтересованной аудиторией», которая готова его читать. И действительно набросок текста «Носитель истины», который Деррида там читает, захватывает публику. В Университете Джонса Хопкинса 6 ноября он читает другую важную лекцию –
Во время пребывания в Америке Деррида постоянно получает известия от Потра и Альтюссера, которые пересказывают ему новости с улицы Ульм. Пришел новый директор Жан Буске, в прошлом однокурсник Помпиду: «старина немного демагог», но «поизысканнее и повежливее своего предшественника»[586]. Деррида не нужно «волноваться за Школу и ее философов»[587]: все идет по плану.
Но особенно подробно два его друга и коллеги стремятся держать его в курсе парижских волнений: их не меньше, чем осенью 1968 года, когда Деррида впервые гостил в Балтиморе. Соллерс, конечно, поздравил Бернара Потра с его книгой «Версии солнца. Фигуры и система Ницше», недавно опубликованной в издательстве
