В следующие дни ситуация быстро развивается. 18 января Деррида сообщает Удбину, что он ответил на приглашение Антуана Казановы, главного редактора La Nouvelle Critique, вопреки теперь уже полному разрыву отношений между Tel Quel и коммунистической партией. Но эта встреча, что он специально подчеркивает, ни в коем случае не должна пониматься как сближение: «Мои прогнозы, которыми я с вами поделился в связи с этим предметом, полностью подтвердились. Я снова высказал уже известные „позиции“ и очень твердо, очень ясно выразил свое несогласие с запретом книги „Из Китая“ на празднике „L’Humanité“. И на это ушла большая часть интервью. В остальном ничего примечательного»[596].
В тот же вечер Жак и Маргерит приглашены на ужин к Поль и Иву Тевененам вместе с Соллерсом, Юлией Кристевой и Плейне. Проходит несколько часов, но участники Tel Quel так и не появляются. Деррида и Тевенен вскоре узнают, что это своего рода упреждающий удар в наказание за встречу с Антуаном Казановой[597]. Поль Тевенен и Деррида, крайне уязвленные таким поведением, не медлят с выводами. Уже на следующий день они уведомляют организаторов конференции в Серизи о том, что в отношениях с Соллерсом и группой Tel Quel у них произошел «разрыв» и что они не будут участвовать в уже заявленной конференции об Арто и Батае. «Сожалею, но, поскольку мое решение окончательное, я счел нужным сообщить вам об этом, чтобы вы могли, если сочтете это необходимым, предать его огласке»[598].
Осознав ситуацию, Соллерс пытается спасти то, что можно спасти, делая вид, что он проводит различие между позициями Деррида и Поль Тевенен:
Жак!
Мне кажется, что все может пройти без слишком большого шума, не так ли?
Вы знаете, я думал об этом и считаю, что должен всеми силами поддержать Мачиокки.
Не можете ли вы, прошу вас, сказать:
1. Поль: что мне кажется бесполезным распускать слух, будто мы собираемся на нее наброситься (на ее деятельность и т. д.), чего мы, конечно, никогда не сделаем.
2. Иву: что он останется для нас, меня и Юлии, настоящим другом, что бы ни случилось.
Спасибо за вашу помощь.
Привет Маргерит.
Вам же – все, что вы знаете по другим источникам (письменным).
Соллерс добавляет в постскриптуме: «Действительно ли совершенно необходимо, чтобы Поль теперь везде говорила, что она вместе с Деррида порвала с Tel Quel?»[599]. Но факт в том, что спасать больше нечего, пусть даже «Диссеминация» через несколько недель должна выйти в серии Tel Quel. Деррида надеется сохранить дружеские отношения с некоторыми аутсайдерами группы, в частности с Жаклин Риссе – она живет в Италии и не участвует во всех этих перипетиях, но больше он не хочет слышать ни о Соллерсе, ни о Юлии Кристевой, ни о Плейне, которые со своей стороны не откажутся от нападок на него.
Подобное ожесточение – примета не только индивидуальных конфликтов, но и духа времени. 25 февраля 1972 года, то есть меньше чем через месяц после этих событий, маоистского активиста Пьера Оверне перед воротами завода Рено в Билланкуре убивает охранник, когда тот распространял листовки с призывом отметить десятилетнюю годовщину убийств в метро «Шаронн». В субботу 4 марта, в день его похорон, по Парижу, от площади Клиши до кладбища Пер-Лашез, проходит шествие в 200 тысяч человек. Возле гроба идет Жан-Поль Сартр. Мишель Фуко и многие другие известные люди идут в толпе. По слухам, в этот день Альтюссер заявил: «Мы хороним левачество»[600]. Глядя в прошлое, можно сказать, что смерть Пьера Оверне обозначила важный момент, когда французские ультралевые все-таки не скатились в насилие, превосходящее словесное.
Деррида, сильно уязвленный разрывом с Филиппом Соллерсом, его близким другом с 1964 года, никогда не будет говорить об этом, приглашая «с одной стороны, „читать тексты“, в том числе его собственные и особенно те, что были опубликованы в серии и в журнале в 1965–1972 годах… но, с другой стороны, „ни в чем“ не доверять публичным интерпретациям-реконструкциям („по больше части фальсификаторским“) этого периода, представленным некоторыми членами группы Tel Quel»[601]. Это продолжительное молчание Деррида делает еще более интересной его переписку с молодым бельгийским философом Эриком Клеманом, близким к Гу и Потра, членом редколлегии журнала «TXT».
