Туда, где звезд горят огоньки…
Случайных встреч на свете не бывает,
И в прятки с нами любовь играет ©
Маринетт в облике Ледибаг беспорядочно слоняется по Парижу, перепрыгивает с крыши на крышу и чувствует себя снежинкой на ветру: в какую сторону повеет, туда и полетит. Быстро темнеет, и вот она останавливается на одной из крыш, откуда открывается чудесный вид на главную достопримечательность Парижа. Ледибаг наблюдает за тем, как мечтательно загораются огни на Эйфелевой башне. Вот только какой толк от всей этой красоты, если ее не с кем разделить?
— Леди? — Девушка вздрагивает, но не оборачивается, узнавая этот голос с первого звука. — Тоже скучаешь, да?
Кот становится рядом с ней и тоже смотрит на разноцветные огни. Сегодня он тихий, не такой как обычно. Оно и неудивительно после сегодняшнего.
— Если подумать, это наша первая встреча после того, как ты узнала мою настоящую личность, верно?
Она кивает.
— Ты… разочарована?
— Нет! — порывисто отвечает она, вводя тем самым напарника в легкое недоумение. — Нет, ты тут не при чем, Кот. Просто… сегодня был тяжелый день.
«Единственный, кто в итоге окажется разочарованным, — это ты, Кот-Адриан», — думает она, сжимая пальцы в кулаки.
— Понимаю, — вздыхает Кот Нуар. — У меня тоже был сложный день… И, кажется, я обидел очень хорошего человека.
«Почему ты такой хороший, Адриан? — думает девушка, чувствуя, как оттаивает ее сердце. — Я ведь даже не могу тебя возненавидеть… Да что там! Не могу даже просто надолго обидеться».
Она смотрит на Кота, сидевшего на краю крыши с опущенными ушами, и ее сердце снова наполняется теплом, а глаза начинает предательски щипать. Но Ледибаг сглатывает комок и часто моргает. Нет, героям нельзя плакать. И она еще успеет вдоволь выплакаться, когда алая форма спадет с нее, снова превратив ее в беззащитную Маринетт.
— Но ты ведь не хотел ее обидеть на самом деле, верно? Думаю, она и сама это понимает, просто… Просто дай ей время.
Нуар кивает, соглашаясь с ней. Надо же, она словно сама присутствовала при их с Маринетт разговоре, думает он. Ее совет настолько точен…
— Но как ты поняла, что я говорил о девушке?
Маринетт внутри Ледибаг тут же съежилась.
— Э-э.. Ну, я всего лишь предположила. А что, угадала, да?
— Да… — взгляд Кота из подозрительного снова становится мрачным. — С девушками порой бывает очень сложно.
— Как и с парнями, — вздыхает Леди, тоже садясь на край крыши. — А вообще, знаешь, люди часто невольно причиняют друг другу боль. Это… в порядке вещей.
— Нет, Леди. Не могу с тобой согласиться… Но ты говоришь так, будто тебе тоже кто-то причинил боль.
Кот смотрит на нее обеспокоенно, участливо. А Ледибаг закусывает губу и отворачивается лицом к изящной башне, сияющей в огнях. Ей не хочется об этом говорить, и Нуар понимает ее без лишних слов.
— О, кстати! — вдруг вспоминает Кот, пытаясь разрядить обстановку. — В прошлый раз ты кое-что обронила…
Нуар достает из кармана красную ленту и придвигается к ней поближе, чтобы завязать бантик на хвостик поверх старой неприметной резинки. Его руки слегка дрожат, касаясь ее волос, а локти нечаянно касаются ее плеч. Уголком глаз Леди вдруг замечает его смущение. Кот Нуар тоже может смутиться? Ее губы вдруг растягиваются в таинственной усмешке.
Он отстраняется, завязав наконец-то непослушный бантик. Что ж, теперь образ супергероини снова идеален.
— Спасибо, Кот, — благодарит она, и ее глаза вдруг озорно вспыхивают. А сам Нуар отмечает, что сегодня при свете луны ее глаза кажутся темно-синими… темнее, чем у Маринетт.
***
В школе Маринетт и Адриан почти не разговаривают, только продолжают вежливо здороваться друг с другом. Внезапно выросшая стена между ними кажется слишком непреодолимой. Адриан просто не знает, как заговорить с Маринетт, чтобы вновь не ранить ее чувства, а она… она лишь ждет наступления ночи, чтобы встретиться с ним как Ледибаг. И пусть он будет вести себя как Кот Нуар, она больше не разграничивает их обоих. Теперь они оба для нее — один человек.
Маринетт только продолжает незаметно наблюдать за Адрианом. Это не сложно, ведь он сидит прямо перед ней. Так близко… и все же, Маринетт думает, что может позволить себе эту маленькую слабость.
Только Алья замечает, как сильно изменился ее взгляд, замечает и мучительное выражение лица подруги, когда она смотрит в его сторону.
Как-то после уроков она говорит ей:
— Маринетт, извини меня…
— За что? — изумляется девушка.
Да что ж все перед ней извиняются в последнее время?.. И почему, несмотря на это, она не чувствует облегчения?
— Это ведь я все время подталкивала тебя признаться Адриану. Если бы я не была так настойчива, может быть…
— Алья, это было мое решение, и я ни о чем не жалею. Я рада, что все-таки смогла признаться. Спасибо тебе, что помогла мне в этом, — на ее лице появляется благодарная улыбка, хотя глаза все еще грустят.
