Умильно, конечно, прижать к сердцу, как маленькую крошку, обижаемую в детском садике детьми-садюгами. Это если не брать в расчет, что он и дети-садюги, и дружеское плечо в одном лице. Вот только почему мое лицо насильно уткнуто в его мощное плечо и у меня нет способа дышать? Типа, заткнись, женщина, без тебя тошно? Мне самой тошно! А еще моя рука. Эй, мистер, она в гипсе и ей не очень приятно обжиматься!
– Слушай, детка, – тем же приторным голосом, но с успокаивающими нотками, продолжил муж (а я думала, у него ко мне чувства сочувствия…), – ты ведь не плачешь, нет?
Оказывается, этого гада интересует, плачу я или нет. Им совсем не движет сострадание и милосердие, а хитрый расчет, чтобы потом не пришлось успокаивать разбушевавшуюся мятежницу… Значит, он из тех, кто на дух женские слезы не переносит. Я бы, может, в кои-то веки и отступила от правил, и поиздевалась бы над ним, не ему же одному это делать, но плакать не умею. Какая жалость!..
Я сказала «нет», но и сама не поняла, что пробубнила в грудь Шерхану, потому что он отнимать мою в его фантазиях обливающуюся слезами голову от груди не спешил. Тогда я попыталась высморкаться. Ух ты, хваленая реакция вновь проявила себя. Я снова одна на кровати, а Шер стоит рядом и старательно вглядывается в мое лицо.
– Я не плачу, – гордо известила я его.
– Супер.
– Пупер.
– Ну, и чего ты такая мрачная? Я, кстати, крутая шишка…
– Крутышка ты, – соединила я два слова в одно,
– Да, это в точку.
Дорогой, ты просто не знаешь, что я про тебя говорю молча…
Блин, мне надо влюбить в себя этого придурка, неожиданно пришла в мою больную голову идея. Надо это сделать, потому что пророчество именно об этом. Но у меня же совсем нет опыта… У Лески что-ли помощи попросить?.. Нет, я не смогу ей рассказать, что случилось. Мне стыдно!
Мысли скачут в совершенном беспорядке.
– Значит, мы женаты… – у тебя у самого тон мрачный, а еще на меня клевещешь, морда уголовная.
С таким количеством нательных росписей – точно уголовная. На локтях непонятные надписи, на плече проволока колючая, на другом – змеёныш, обвивающий до самого горла. На груди снова надписи и дракон, выдыхающий струю огненного пламени, на кубиках пресса опять загогулины какие-то, ноги также вытатуированы причудливыми узорами, аккуратно огибающими мышечную массу, обтянутую загорелой кожей… Не тело, а книга. И к чему так коверкать себя? Вот состаришься, а твои рисунки сморщатся вместе с тобою, и будешь смотреть совсем не айс. Я считаю, природная естественность в тысячу раз лучше напускной.
– Ага, видимо, – подтвердила я его предложение.
– Как смотришь на развод?
С удовольствием! Хотя ты же моя судьба… А по фигу! Был бы настоящей судьбой, не предлагал бы развод. Но я согласна.
Я закивала, не смея произнести рвущиеся наружу слова, дабы не спугнуть момент искреннего облегчения. Наверное, это жуткая ошибка. Судьбоносный принц оказался совсем не принцем, и это к счастью! И мне не придется его в себя влюблять. Весь фатализм – к чёрту!
– Надеюсь, ты не будешь претендовать на моё имущество? – прикольнулся супруг и с пафосом произнес: – Предлагаю отметить нашу скорую размолвку!
– С ума сошел?
Нет, он точно чокнутый и стукнутый в детстве диваном по голове. Мы только что по пьяни поженились. Кто знает, что мы еще может натворить в идентичном состоянии? Нет, я пас. Тем более, я себя закодировала. Ни капли.
– А, точно, – наконец-то до него дошло.
Шерхан плюхнулся попой на кровать, сдвинув меня, а потом разлегся полностью, лишь ноги болтались на весу.
– Пить, значит, нельзя. Я такой дурак бываю, когда выпью, – разоткровенничался мой благоверный.
Скажу тебе по секрету, ты по жизни дурак. Да, может я и злобный гоблин, с неимоверной жестокостью комментирующий каждое его движение и любой изданный звук, и на душе не самые приятные ощущения от этого, но ведь и правда – мы не пара. Потому что, хоть он и, я искренне верю, очень хороший в душе, порядочный и маму любит, но все же жизнь загнала нас в такой идиотский тупик; потому что такой поворот событий слишком неожиданный; потому что мы разные, мы любим разные вещи, разную музыку слушаем, говорим на разных языках (его сленг – что-то с чем-то!); потому что судьба и пророчество – глупости… Или нет?.. Ненавижу решать и делать выводы, выбирать, во что стоит верить, а что полный бред!
– Да, я тоже не подарок… – тихо поддержала я беседу.
– Хотя мы здорово отожгли! Я, конечно, них… ничего не помню, вообще ничего из того, что прострел этот рассказал…
– И я…
Звучит так обреченно.
– Но было кульно. Стопудово. Гы-гы… – он рассмеялся, как неразумное животное, а потом, вспомнив к чему вся веселуха привела, поникшим тоном продолжил: – Я теперь женатый чел…
– Ненадолго.
– Угу. Ща созвонюсь с нужными людьми… А где твой родственничек? – неожиданно вскочил на ноги Артем и принялся рыскать по номеру в поисках братишки.
Я тоже подключилась, но его нигде не было. Мелкий уже смылся, причем бесшумно и не привлекая внимания. Мастер.
– А, ну и @uncensored@ с ним! – вновь не стал стесняться в выражениях Шерхан.
