Разрыв помолвки, ссылка на остров, отгороженный от остального мира, да звание раба — неплохая награда за попытку спасти страну от войн? Пускай это шоры для окружающих, и есть возможность уплыть обратно на материк… но внезапно в Академию, куда Персиваля отправили работать с магическими животными, поступает Она. Дерзкая, смелая, бросающая вызов самому опасному питомцу под его ведомством. Девушка, безумно напоминающая ту, что могла стать его женой. Адептка, образ которой начинает преследовать его во снах. Студентка, на внимание которой он не смеет претендовать. Ведь под мороком чужой личины — наследная киосса Аминса, Миллинарса Эллонская.
— Я убегу.
Гиса скептически склонила голову на бок.
— И как ты это себе представляешь?
— Пока не знаю. Но обязательно окажусь где-нибудь далеко-далеко!
— Лина, ты ведь отдаешь себе отчет, что где бы ты ни была, наша мама тебя обязательно найдет? Особо не напрягаясь.
Миллинарса прикусила ноготь большого пальца, погружаясь в размышления. Минутой позже, тяжело вздохнув, она кивнула.
— Да, ты права. Даже если я полностью себя обвешаю артефактами, они не скроют кровную связь.
Гиса вновь вернулась к чтению, перевернув страницу.
— И я все равно попытаюсь!
Поняв, что, кажется, ее не оставят в покое, киосса отложила пухлый томик на прикроватную тумбочку, поворачиваясь всем корпусом к сестре.
— Я не понимаю, что тебя пугает. Мы ведь с самого начала знали, что этот день рано или поздно придет.
— Но не в восемнадцать же лет! — взвизгнула Миллинарса, вскочив с кровати старшей сестры и начав ходить по покоям взад-вперед. — Я не готова!
— Ты готова.
— Нет, я не готова! Ты, может быть, да, но не я!
— Лина, — Элгиссиора попыталась придать своему голосу мягкость, — это всего лишь коронация. В права наследования нас никто не заставляет вступать в тот же день!
— Но мама с папой ведь взойдут на трон! А дедушка обещал…
— Говорил, — поправила его Гиса.
— Говорил, что позволит им еще побыть в тени!
Миллинарса остановилась и испытующе взглянула в свое живое отражение.
— Неужели ты не понимаешь? Сегодня они наденут корону на себя, а завтра решат, что и нам пора прикладывать руку к политической игре!
Гиса приподняла бровь.
— Вообще-то, нам действительно…
— Не перебивай! — она вновь заметалась как зверь в клетке, грозясь вытоптать дорожку на ковре с шикарным длинным ворсом цвета серебра. — Одно дело, когда мы знаем, что когда-нибудь, в далеком-далеком будущем нам придется принять участие в судьбе двух государств, и совершенно другое, быть поставленным перед фактом, что этот день может наступить в любой момент! Мне больше нравилась позиция внучки монарха, а не дочери правящей четы! Ведь в случае чего…
— Лина! — прикрикнула на нее киосса. — Даже не смей думать о подобном!
— Я всего лишь хочу смотреть правде в глаза, — упрямо вздернула подбородок принцесса. — Мы с тобой остаемся наследницами. Киоссами. Теми, кто примет бремя власти. Но я не готова!
— Ты истеришь, — философски спокойно заметила Гиса, удобнее устраиваясь на подушках.
— Я говорю правду!
— С истерикой.
— Почему тебе достался Ионтон? Он меньше, чем Аминс! Значит, у меня и ответственности будет больше!
Гиса пожала плечами.
— Дедушка Римонд решил, что ты со своей… энергией прекрасно справишься и с необъятными территориями.
— Но ты старшая! Ты должна управлять Аминсом.
— Я старше на пять минут, — Гиса потянулась. — Кроме того, Ионтон второе по величине государство в Ингиаке, к тому же соседнее.
— Но…
— Хватит! — Элгиссиора нахмурилась. — Не хочу больше слышать от тебя подобного. Разделение территорий произошло, когда нам было тринадцать. Разве ты не помнишь свое совершеннолетие? Тогда, мне казалось, ты была просто в неописуемом восторге от факта, что тебе решили доверить судьбу всего Аминса, пусть и с перспективой на будущее. А мне отдали Ионтон. Тогда ты, если мне не изменяет память, целый месяц сияла, словно начищенный золотой, да ходила, распушив перья, будто не демоница, а павлин.
Лина вновь вернулась на кровать к сестре, забравшись на нее с ногами и подтянув их под себя.
— А ты восприняла эту новость с холодным спокойствием, словно знала, что так оно и будет.
— Я догадывалась, — Гиса дернула плечом. — Дедушка Римонд из нас двоих всегда прощал тебе твои проделки.
— Потому что ты не проказничала, и тебе было не чего прощать.
Под скептической улыбкой Миллинарса признала:
— Ну, может, и было пару проказ… но под моим напутствием.
— Вот! — Гиса подняла указательный палец вверх. — Ты всегда показывала характер, а я… была безмолвной. Ну ладно, практически безмолвной тенью. Для Аминса нужен лидер, который сможет удержать разношерстную публику в ежовых рукавицах. Ионтон в этом плане более… благоприятный для восприятия молодой киоссы.
— Ты так спокойно об этом говоришь…
— Потому что понимаю, что наш черед надеть корону на голову придет еще очень не скоро. Гиса, ты тоже должна это понять! Если бабушка и дедушки решили передать бразды правления своим отпрыскам, нам пока не о чем волноваться. Все равно на первых порах за мамой с папой будут стоять предыдущие монархи. Чтобы помочь, подсказать, направить…
— Я бы так не сказала, — Лина сложила руки на груди, натягивая молочно-белый шелк ночной рубашки на сформировавшейся груди, — и мама, и папа с нашего рождения принимали участие в сборе Советов, да и реформы проводили, практически не советуясь с бабушкой и дедушками. Да и вспомни, как бабушка была счастлива, что «киос Ноал подписал приказ о введении в стране нового праздника», да и дедушка Альморон лишь улыбнулся, позволяя сыну «играться в политику».
