Во дворе дома Диана уселась на качели с учебником в руках. В школе по истории они проходили обширную тему «Бурные тридцатые годы» и к завтрашнему дню необходимо подготовить на эту тему доклад. Итак, параграф первый – «Фашизм в Германии». Занимательная тема, улыбнулась Диана, и принялась читать. Мысли путались и сосредоточиться на чтении не удавалось. Она нутром чувствовала, что ей буровят спину. Предположить, кто бы это мог быть, не составило особого труда. Эмиль! Кто же еще?! Неугомонный, он наблюдал за сестрой из окна своей спальни. Из-за пристального взгляда братца сосредоточиться на изучении материала не получалось. Она не хотела поднимать глаза, но все-таки не выдержала и посмотрела на окна его спальни. Хоть он и спрятался за шторкой, она его засекла, и ее сердце отчасти ликовало! Но внезапно настроение Дианы сменилось. Ей стало грустно. Она рванула в дом.
Диана ожидала, что он придет к ней, а она его отчитает и выставит за дверь, но он так и не пришел, а через короткий промежуток времени она услышала во дворе дома музыку, громкий смех и всплеск воды. Подбежав к окну, она откинула занавеску и увидела шумно плескающихся в бассейне друзей Амира. Диана подглядывала за ребятами и ловила себя на мысли, что это занятие куда интереснее, чем изучение фашизма. Наконец, показался и Эмиль! О, боже! На нем были маленькие розовые нейлоновые плавки. Облизнув губы, Диана припала к окну. Он подошел к бассейну, что-то сказал ребятам, те громко заржали и послушно отплыли в разные стороны. Эмиль, изогнувшись аркой, нырнул в бирюзовую воду бассейна. Диана коснулась указательным пальцем губ и задумалась, наблюдая за пловцом. Проплыв от края до края, Эмиль нырнул под воду и некоторое время не появлялся – Диана уже была готова бить тревогу! Сердце сжалось в груди, но тут, же с его появлением оно подпрыгнуло к самому горлу, как пружина.
Бог мой! – только и смогла выговорить она. Эмиль вылез из воды с довольной ухмылкой на устах, и тут Диана впервые отметила для себя, что у брата отменные ягодицы, да и вообще, он весь такой ладный и складный. Расправив защемившиеся сзади плавки и перекинувшись парочкой фраз с бразильцами, Эмиль оттолкнулся от доски, изящно перевернувшись в воздухе, бултыхнулся в воду. Диана была вынуждена признать, что ее брат самый, самый классный парень во вселенной…
- Что же ты делаешь со мной, Эмилюшка?… - горячо прошептала она, резко задернув шторку.
Теперь, очевидно, ее злила собственная слабость при мысли о брате.
***
Ее дразнили «серой мышью», отбирали вещи и деньги, били и всячески издевались. Таких, как она, хватало во все времена, в любом городе, в любой школе. И хотя она не носила очки, не кичилась своими пятерками, ее бедность и старомодная одежда не настолько бросались в глаза, чтобы служить причиной для насмешек, именно Лиза Тихонова стала изгоем в классе. Иной раз она мечтала, чтобы ее просто игнорировали. Но нет – кроме таких ботаников и «синих чулков», как она, в любом коллективе подростков найдется дикая, беспринципная, трусливая и властная сволочь, как Баранова. Боржоми обожала издеваться над людьми, особенно над теми, от кого нельзя было ожидать отпора. По большому счету она была труслива, как исподтишка нападающий койот. Покорность, боязливое ожидание удара доводили Боржоми до исступления. И даже те, кто не особо боялся Баранову Марину, - нормальные ребята – обходили Лизу стороной и смотрели на нее свысока, презрительно, хоть и с сочувствием. Никому не приходило в голову заглянуть ей в глаза, огромные васильковые глаза, в которых читались тоска и одиночества, заслонявшие красоту. Никто не догадывался, насколько преображает улыбка это тонкое фарфоровое лицо, чья неброская прелесть могла бы покорить любое сердце. Лиза и сама не знала этого. День был как день, только небо заволокло тучами и снова начал накрапывать дождь. Уроки кончились. Большинство ребят уже разбежались. Лиза брела по школьному двору, аккуратно обходя лужи. Внезапно она насторожилась, как лань, почуявшая охотников. Подняв взгляд, Лиза увидела Баранову, усмехающуюся всего в метре от нее. Толстуха Боржоми проговорила с нарочитой ласковостью:
- Эй, ты! А ну-ка, поди сюда, божий одуванчик.
Лизу тут же окружили «шестерки» Боржоми, среди которых были Анна, Рита и Роксана, сама же толстуха, криво ухмыляясь, поманила Лизу пальцем.
- Иди, иди, а то худо будет.
Не успела Лиза подойти, как Баранова резко схватила ее за шкирку, словно несчастного котенка, и насильно наклонила лицом к своим грязным сапогам.
- Поможешь отмыть? Да что я спрашиваю, - громко рассмеялась она, - конечно, поможешь! Ты же у нас безотказная, верно я говорю, девочки?
Девчонки восторженно загудели. Лиза покорно висела в руках Боржоми, даже не пытаясь сопротивляться. Если меньше дергаться, меньше достанется. Она знала по опыту. Сопротивление заводит их и тогда уж бьют в полную силу! На фоне Боржоми она вообще казалась очень маленькой, хрупкой девочкой, как фарфоровая кукла.
- Ну, вперед! – приказала Баранова и тряхнула ее. – За работу, я сказала!
