Эмиль тоже смеялся, будто сумасшедший, свихнувшийся от задорной красотки, которая была как никогда весела и еще более прекрасна, чем всегда. В какой-то момент оба резко замолчали. Комната, казалось, ощутимо наполнилась электричеством. Будто маленькие молнии искрились повсюду. Эмиль притянул Диану к себе. Его обнаженный торс прижался к ее груди, и она почувствовала, как соски мгновенно напряглись. Ей было и стыдно, и сладко одновременно. Эмиль коснулся губами ее мочки, спустился по шее к плечу, еще ниже. В вырез платья скользнула его рука, и грудь оказалась в плену его пальцев, а потом губ, горячих губ, нетерпеливых и настойчивых. Диана обхватила руками его голову, перебирала волосы, дрожа и едва стоя на ногах. Исходившее от Эмиля мужское обаяние обволакивало Диану, лишая ее всякой способности к сопротивлению. Она уже ощущала, как будто внутри нее что-то росло, набухало, стремясь найти выход наружу.
Эмиль подтолкнул ее к кровати. Миг – она раскинулась на простынях, а он придавил ее сверху всей силой, всей своей страстью. Голова девушки шла кругом, когда Эмиль дотронулся губами до ее упругих сосков и принялся высасывать их сладость. Она всем телом выгнулась ему навстречу, в крови ее уже полыхал огонь. И тут Диану словно обожгло что-то, ей стало жутко неуютно в собственной коже! Нежные поцелуи и ласки Эмиля взывали к ответу, но Диана застыла, наблюдая за мускулистым телом брата, поражаясь его томному желанию, которое вот-вот выплеснется наружу.
- Эмиль! – тяжело дыша, вдруг воскликнула Диана. – Прошу тебя, остановись!
- Не могу! – глухо отзывался он на ее мольбу. - Девочка моя! Я люблю тебя! Нам ведь так хорошо вместе. Ты же хочешь меня, я же вижу это… Расслабься, больно не будет…
Лавина его горячего шепота обрушилась на нее, круша на своем пути разумные доводы и здравый смысл. Диана отвечала на его поцелуи, всем телом тянулась к нему, чувствуя только нарастающее возбуждение. Одежда была скинута и кучей валялась на полу. Простыни были смяты. Подушки сброшены. Диана почувствовала себя распростертой под Эмилем - голой, податливой, взмокшей от желания и нетерпеливых движений.
- Нет! – она снова завопила, сбросила его с себя и поползла по кровати, словно встать была не в силах. А так и было! Но, мгновенно протрезвев, Диана ощутила стыд и яростное желание надавать самой себе пощечин. На этот раз они зашли слишком далеко, слишком!!!
Эмиль поймал ее за руку, развернул, как куклу, второй рукой прижав к постели.
- Диана, солнышко, перестань! Мы взрослые люди… чего ты испугалась? Рано или поздно это должно было случиться! Все твои ровесницы уже давно живут половой жизнью, а ты до сих пор девочка-целочка! В старых девах решила остаться?!
Диана отрицательно покачала головой.
- То-то же! – он принялся покрывать ее горячее тело жадными поцелуями. – Сладенькая моя… Солнышко… расслабься…
Эмиль так долго ждал этого момента, последние ночи он почти не спал, сгорая от желания завладеть Дианой.
- Остановись, прошу тебя! – требовала она отчаянным голосом.
- Я так долго ждал… сладенькая моя… желанная… единственная…
Он целовал ее, но теперь поцелуи жалили, будто укусы пчел, а его объятия казались железными тисками, из которых хотелось вырваться на свободу. Она металась под ним, но ее сопротивление возбуждало еще больше, Эмиль ничего не соображал и даже не почувствовал боли, когда Диана укусила его и даже когда влепила ему пощечину. Он был уже совсем близко к цели, задыхался от восторга и упоения, не слышал ни ее рыданий, ни шагов на лестнице, ни гневных выкриков.
Эмиль пришел в себя на лестнице, куда его за шкирку вытащил отец. И тут же снова потерял сознание – теперь уже по-настоящему. Адам так избил сына, что слугам пришлось тащить бесчувственное тело Эмиля в спальню.
Амир и Йоник держали дверь, не пуская Диану к брату. Она рыдала, в припадке ярости бросалась на них, пытаясь прорваться и вступиться за Эмиля. Ведь виноваты оба, ни только Эмиль, но и она тоже… Когда же способность соображать вернулась к ней, Диана возблагодарила бога, что братья с отцом вернулись так, кстати, хотя собирались приехать только завтра.
Адам спешил поздравить своих детей с выпускным и хотя бы немного времени уделить им в эту незабываемую ночь. Эту ночь действительно никто из них не забудет! Чудовищное зрелище, представшее глазам отца, так и будет стоять перед ним всю жизнь! Без стыда и совести Эмиль, оседлавший собственную сестру, спешил совершить непоправимое, за что жестоко и поплатился.
Диана обессилела от слез, от всех потрясений. Оцепенев, она сидела на постели, зажав руки между колен, когда вошел отец с ремнем в руках. В этот самый момент ей показалось, что в его присутствии комната словно съежилась. Адам прирожденный лидер, это чувствовалось с первого взгляда, а острота его взгляда завораживала и пугала одновременно. Смуглое лицо скривилось от злобы и беспомощности и стало еще темнее, но, несмотря на все это, она была уверена, что до рукоприкладства отец не опустится!
- Марш отсюда! – велел он сыновьям, и Йоник с Амиром исчезли из комнаты.
