Диана тронула ее за плечо.
- Может, ты и права. Но отомстить за тебя я смогу. Кто он?! Только скажи мне!
- Он?! – не поняла Лиза.
- Этот подонок, что заделал тебе ребенка, а потом испугался! Ведь это он сотворил с тобой…
- Нет, нет, - поспешно проговорила Лиза и даже попыталась встать, чтобы выглядеть убедительней, однако тут же без сил откинулась на подушку. – Это не то, что ты думаешь! Это сделал не он! Не он!
Диана пробормотала ругательства. Лиза так благородна, даже в этот момент, после всего, что с ней случилось, она защищает мерзавца, выгораживает его, наверное, чувствуя отчасти и свою вину. Ведь поверила ему, отдалась … Как Диана…
Нет, Диана не могла допустить, чтобы подружка так терзалась. Она принялась утешать ее, убеждая, что все мужики – козлы, вернее, многие, и если уж произошла беда, то только они, их черствость, их эгоизм всему причиной. Надо только найти в себе силы быть честной и идти до конца, отплатить за все несчастья тому, кто в них повинен!
- Назови мне имя! – умоляла она.
Лиза давно уже плакала, молча и безудержно, крупные слезы катились по щекам, словно горошины. Она мотала головой, отказываясь отвечать, и соленые брызги летели в разные стороны. Диана была упряма и всегда добивалась своего. В конце концов, она решила действовать хитростью. Она тоже заплакала, хотя могла и сдержаться. Они рыдали вдвоем, и Диана сквозь слезы рассказала, что уезжает – далеко, надолго, возможно, что и навсегда. Только о причине отъезда она умолчала.
После прощаний и обещаний о переписке, о звонках, о вечной дружбе Диана снова потребовала назвать имя негодяя, обещая не мстить ему, а просто поговорить с ним, воззвать к совести, ведь ей не на кого оставить Лизу.
- Бабушка будет со мной, - сказала Лизавета, - а что касается мерзавца… он не знал о ребенке, я не успела сказать ему!
- Тогда почему он избил тебя?! – изумилась Диана.
- Это сделал не он, Ди!
- Кто же тогда?! – сощурилась Диана. – Кто?!
И не дождавшись ответа, она вскочила.
- Черт! Какая же я дура! – вскрикнула Диана. – Это же случилось в школе?
- Диана, - оборвала ее Лиза, - не надо, прошу тебя, не делай глупостей. – Она вцепилась ей в руку и посмотрела умоляющим взглядом.
- Это сделали они? – требовательным голосом спросила Диана.
Лиза пришлось не только признаться, но и поведать подруге, что с ней проделали одноклассницы.
Выслушав, Диана склонилась, чтобы поцеловать Лизу. На мгновение взгляд ее затуманился, губы дрогнули. Но когда Диана выпрямилась и шла к двери, лицо ее приняло обычное выражение решимости, азарта и вызывающей дерзости.
Как славно! Как здорово обрести цель! Пока она не сотрет в порошок этих сучек, она никуда не уедет!
Подумаешь, папочка выбросил ее вон из жизни! Подумаешь, бедный братишка окажется в психушке! Каждый сам отвечает за дела рук своих! И как бы там ни было - жизнь продолжается!
И хотя самосуд далеко не лучшее средство для прояснения ситуации, отступать она была не намерена!
Месть – такое сладкое блюдо! Диана облизнулась, входя в старый двор, увитый виноградником. Именно здесь жила одна из ее бывших одноклассниц – Боржоми. Не составило труда вызвать ее на улицу, якобы для разговора. Не тратя лишних слов, Диана профессионально уронила толстуху броском через бедро, так что та въехала носом в угол лавки. Схватив какую-то коробку, валявшуюся рядом, Диана нахлобучила ее Барановой на голову. Посыпались окурки, мусор, комья земли. Диана принялась молотить ногами по толстому заду. Боржоми мотала башкой, мычала, рыдала и орала что-то несуразное. Откуда-то сбоку послышались голос и чьи-то шаги. Диана не стала рисковать, еще разок наподдав по Барановской хребтине, она произнесла несколько непечатных выражений и исчезла из поля зрения.
Следующую жертву Диана застала на берегу моря, где обычно тусовалась местная молодежь. Анна распивала пивко в компании каких-то отморозков. Диана, дружелюбно улыбаясь, отозвала ее в сторонку. Анна подозревала что-то, но все же пошла, не желая выставлять себя трусихой. Диана заманила ее к общественному туалету, заговаривая зубы, втолкнула внутрь.
- Хотели искупать мою подругу в дерьме? – процедила она.
Анна завизжала, сразу сообразив, что ей грозит. Но Диана с такой силой пихнула ее, что будочка содрогнулась, а девица села прямо в очко, залитое мочой и загаженное до предела. Анна зажала нос, забыв, что надо звать на помощь.
- Что, плохо пахнет, да? А от тебя самой так просто смердит, тварь!
С этими словами Диана схватила ее за волосы и стукнула об колено. Мгновенно физиономия Анны обагрилась кровью.
- Ты, кажется, собралась в театральное училище поступать, овца несчастная?! – прошипела Диана. – Вряд ли тебя возьмут с переломанным носом … и беззубую!
Для верности она еще несколько раз пихнула коленом в ненавистную рожу, а потом парой хуков вделала Анне по челюсти с обеих сторон. Смачный треск подтвердил ее намерения – зубы явно раскрошились, да еще, возможно, и челюсть сломана. Хорошая работа, похвалила себя Диана, выходя из кабинки.
