Несколько человек лежали вокруг здания в совершенно определенных позах — они были мертвы. Это были наши люди, воины Юркиной армии. Трое неизвестных в длинных куртках с объемными капюшонами пытались отпереть одну из многочисленных дверей склада, причем двое копались над замком, а третий стоял возле них с обнаженным окровавленным клинком и осматривался вокруг. Ночная темнота не давала точно рассмотреть напавших на караульных, да и при свете это было бы затруднительно сделать: бесформенные зимние куртки, огромные капюшоны не позволили бы разглядеть их лица и фигуры.
Я и тот человек с обнаженным клинком заметили друг друга одновременно. Человек не издал ни звука, но тем не менее, его помощники, как по команде, оторвались от своего занятия и тоже выхватили оружие. Но это были уже не шпаги и не кинжалы, которыми и была почти бесшумно перебита охрана. Это было огнестрельное оружие. У меня в руке уже был старый добрый револьвер из Дерзкого мира, который я выпросила у запасливого Валеры.
Мы с Валеркой выстрелили почти одновременно. Один из незнакомцев упал, остальные двое, почему-то не открывая огня и не пытаясь даже приблизиться к нам для ближнего боя, повернулись и рванулись обратно в темноту. Я сделала уже несколько прыжков вслед за ними, но Валера безмолвно полоснул по моим возбужденным мозгам:
«Катя, стоит ли? Ты их все равно не идентифицируешь в общей массе!»
Я остановилась и вернулась к нему. Валера осматривал тела, лежащие вповалку вокруг склада.
— Все заколоты, четкими, рассчитанными ударами, — наконец сделал Валера вывод из своих исследований. — Никаких лишних порезов. Значит, никакой борьбы не было.
— Если эти бедняги подпустили кого-то так близко к себе, не подняв тревогу и не успев даже подготовиться к защите, значит, им даже в голову не пришло, что пришедших можно опасаться, — заметила я.
— Разумеется. Это были свои, — горько сказал Валерка. Он присел над убитым незнакомцем и перевернул его вверх лицом. Куртка мертвеца была прожжена лазером Валерия. Лицо человека ничего мне не сказало, но Валера нахмурился и выругался сквозь зубы.
— Что, Валера, ты его знаешь?
— Это один из тех, кто занимается сбором вооружения… Он несколько раз был с нами в рейде. Не удивительно, что охрана ничего не заподозрила, они все каждый день работают вместе. Даже меня они не пустили бы, но этого парня, а также того, что этими двумя командовал… — Валерка осекся и замолчал. Я поняла, что его очередные выводы жгут ему язык.
— Гайл? — несмело предположила я.
— Это невозможно… — Валерий сник, плечи его опали, он закрыл глаза ладонью и лихорадочно соображал, искал аргументы в пользу того, кому всегда доверял, как себе. — Господи, ну заклинило меня, честное слово… Не может Александр быть предателем, нет у него мотивов… А даже если и были бы… он смог бы взять оттуда или оставить в помещении все, что угодно, в любое время, ему незачем было бы устраивать резню…
— Валера, успокойся, это не Сашка! — мысли мои, наконец, сошлись в одной точке, и я поняла, что у меня есть недостающий Валерию аргумент. Гайл все еще не вобрал в себя всех своих частиц… Он не может пока использовать телепатию, ты сам это знаешь. А тот бандит с клинком, он же не произнес ни слова!..
— Он командовал ими мысленно! — выкрикнул Валерий и с размаху впечатал свой кулак в собственную ладонь. — Ты молодец, Катя. Я от ужаса совсем ничего не мог сообразить…
Он покачал головой, глядя на мертвого предателя, и с облегчением выдохнул.
— Вот только как нам справиться с этим осиным гнездом Даррины? проговорил он.
— Ты думаешь, у этого события уши тоже растут из Иерархии?
— Практически не сомневаюсь, — сказал Валерка и встал на ноги. — И предатель ходит рядом с нами, получает информацию от Даррины и передает ей свою, пытается осуществить какие-то конкретные замыслы, и он настолько талантлив в своих способностях заметать следы и не выдавать себя даже таким сканерам, как мы с тобой, что мне как-то не по себе… — заключил Валера. Ладно, Катя, вызывай сюда всех твоих…
— Моих? — переспросила я.
— Наших, — поправился Валерка. — Не стоит терять времени…
Пока я докладывала брату о происшествии, Валерий стоял, задумавшись, и я чувствовала его взвинченное и озабоченное состояние. Но и я тоже была не в лучшей форме. Казалось, что это не от самого Валеры исходят такие волны, а мои собственные переживания отражаются от него, как от зеркала и, снова вернувшись ко мне, обрушиваются на меня вдвойне.
— Валерий сообщает, что дверь на Континент взорвана, — Юра подошел к нашему тесному кружку у костра. — Теперь, когда его группа будет с нами, мы начнем переход через ту дверь, которую Марсен подготовил.
Никто не возразил. Все очень устали и теперь сидели и лежали кто на чем, совершенно обессиленные. Я только что закончила допивать свой чай и теперь мне хотелось прислониться к чему-нибудь мягкому и закрыть глаза. Тем более, что пейзаж вокруг не располагал к тому, чтобы им наслаждаться.
