Задача была сказать что-то пафосное, ничего не сказав по сути, никого не задев и себя не обидев. Кто меня знает, тот представляет, что это почти невыполнимый трюк.
— Я — Екатерина из Дерзкого мира. Кто-то из присутствующих помнит меня Рэстой, дочерью Варскеля из клана Вебстера.
Тысячи глаз уставились на меня в напряжённом ожидании.
— Нужна ли вам моя правда? Или вы только хотите знать «да» или «нет»? Нет. Я не стану иерархом Первого мира. А правда в том, что я этому миру не принадлежу. Как и никакому другому. Я прихожу туда, где я нужна. Сегодня я здесь. И я останусь здесь до тех пор, пока я буду нужна законному правителю Первого мира.
В полном молчании зал смотрел, как я спускаюсь вниз. Я же думала об одном: всё, можно расслабиться.
Выдержав пристойную паузу, Бертан занял место на верхней площадке.
— Я — Бертан, сын Виллена из клана Вебстера…
— Наконец-то до меня дошло, что мне это напоминает, — прошептал Лерка. — Собрание группы анонимных алкоголиков…
Олег тихо, но грозно цыкнул на него.
Бертан же продолжал:
— … Я уже был иерархом Первого мира, и тогда я не имел на это никакого права. Иерарх Тарон был весьма великодушен, позволив мне искупить эту вину верным служением. И смерть Тарона не повод считать, что я больше никому ничего не должен. Я намерен по-прежнему служить Первому миру и его новому иерарху, который получит этот титул по закону.
Негромкий, но дружный гомон охватил зал.
— Я что-то не понял… — проговорил Олег. — Бертан спятил?
— Каков же мерзавец… — выдавил Юрка. Я взглянула на него. Брат стоял абсолютно белый, вперив бешеный взгляд в Бертана. А тот невозмутимо спустился на пару ступенек и снова занял своё место главы совета.
Дальнейшие события грозили бедой. После отказа Лерки оставался последний наследник из серебристо-серых мундиров клана Вебстера — Ларс. А он по закону ещё несовершеннолетний. Когда последний наследник клана ещё не дееспособен, его опекуном во власти становится представитель другого древнего клана, готового прийти на смену. И ни одно решение не будет принято без полного одобрения опекуна. Доживёт юный иерарх до совершеннолетия — становится независимым от недоброй воли своего противника. А не доживёт — власть перейдёт к другому клану.
Насколько я помнила древние байки, которые Юрка иногда вытаскивал из памяти Виллена на свет, несовершеннолетние иерархи, оставшись последними в роду, долго не протягивали. Особенно в таких случаях, как сейчас, когда клан Вебстера и так уже разломал в Первом мире все священные традиции, да и вообще, не первый век у власти, пора и честь знать.
Пауза затянулась настолько, что гомон в зале постепенно затих сам собой и воцарилась растерянная тишина.
— Пап! Куртку дай, — проговорил Лерка.
— Что? — не понял Олег.
— Куртку, говорю, дай, — вздохнул сын.
Олег быстро расстегнул мундир и стащил с себя серебристо-серую куртку. Лерка подхватил её и пошёл вверх по ступеням. Уже стоя наверху, он набросил куртку на плечи.
— Я — Валард из Каменного мира. Я здесь чужой, — произнёс он спокойно. В мёртвой тишине его голос звучал гулко и внятно. — Но у меня есть обязательства, которыми я не могу пренебречь, даже если мне этого хочется. Потому я принимаю титул верховного иерарха Первого мира…
Никакого гула, никакого ропота. Словно все умерли.
— Что он творит? — обречённо прошептал Олег.
— Мальчик — умница, — отозвался Юра. — Он выводит Ларса из-под удара. И заодно наши с вами шкуры спасает…
А голос сына звучал всё твёрже:
— Я, Валард, потомок Вебстера по закону, принимаю верховную власть как великий долг и несомненную честь…
Это были слова древней клятвы, которую обязан был произнести каждый новый иерарх. Мне бы потребовался суфлёр. А Лерка невозмутимо чеканил канонический текст и, судя по тому, что Юрка одобрительно кивал в такт его словам, ни разу не ошибся.
— … и я готов отдать мою жизнь за благополучие и процветание этого великого мира.
Клятва была принесена.
Я в ужасе закрыла глаза, и меня даже слегка качнуло.
Все молчали.
Иерарх Валард смотрел на присутствующих сверху вниз и чего-то терпеливо ждал. Чем дольше все стояли и молчали, тем суровее становился его взгляд.
Первым шевельнулся Бертан. Повернувшись лицом к Лерке, он встал на одно колено и, приложив правую руку к сердцу, низко наклонил голову.
Зал пришёл в движение. Слева от меня опустился на колено Юра, справа — Ларс. Я поспешила последовать их примеру, а Олег — моему. Сзади зашуршал наш серебристо-стальной сектор. Клан Вебстера присягал своему новому иерарху.
Мне было плохо видно, что происходило у других кланов. Там тоже местами слышался стук колен об пол, но я видела, что многие остаются стоять и головы не склоняют. Несколько синих мундиров из стоящих в первых рядах развернулись и демонстративно направились к выходу. Потом ещё и ещё. Слева, у сиреневых тоже кто-то пошагал по проходу. Наконец, их шаги стихли.
— Я благодарю вас, — раздался в гулком зале спокойный голос сына.
