Дерзкая темная ночь полностью

– Лола. – Его голос становится сильнее. – Я не хочу быть без тебя. И я тебя не оставлю. Даже если ты занята. Даже если ты боишься. Даже если ты поступаешь неразумно или просто безумно. Я тебя не брошу.

– Нет, это не…

– Но мне нужно знать, что и ты от меня не уйдешь. Мне не хочется ощущать себя кем-то на вторых ролях. Ты для меня на первом месте, – продолжает он. – Я никогда не попрошу тебя отказаться от твоего творчества, но и чувствовать себя кем-то, кто отвлекает тебя от главного, не хочу. – Он наблюдает за своими большими пальцами, стирающими новые слезы с моих щек:

– Я понял, что до тебя мне никогда не было нужно значить для кого-то так много.

Оливер делает шаг ближе, и, прильнув к нему, я обнимаю его за талию и прижимаюсь лицом к шее. Он пахнет так хорошо, так знакомо – книгами, кондиционером для белья и океанским ветром. Он руками скользит по моим плечам, и одна остается у меня на спине, а другая зарывается в волосы.

– Что скажешь? – шепчет он.

– Ты очень значим для меня, – тороплюсь ответить я. – Даже не представляешь себе, Оливер. На самом деле ты стал для меня всем, и это пугает. Думаю, напортачить с книгами ощущалось словно потеря члена семьи.

Он изучающе смотрит на меня:

– Я знаю.

– Я просто обезумела, когда из-за меня все стало так плохо. И мне предстоит выяснить, как с этим справиться. – Я пожимаю плечами, стоя в его объятиях. – Думаю, у меня получится. А просьба расстаться сделала все хуже. Во много раз хуже.

Он целует меня в макушку и кивает.

– Ты говорил, что знал, как интенсивно это будет, – напоминаю ему я. – Но ты был прав, ведь я действительно никогда не чувствовала ничего подобного.

– И я рад, – отвечает Оливер. – Я хочу быть любовью всей твоей жизни. – Наклонив голову в сторону, он что-то обдумывает, после чего добавляет: – Ну по крайней мере среди людей. С Рэйзором я готов тебя делить.

Я пытаюсь засмеяться, но мое горло сдавило от наплыва эмоций, от чего мой голос получается слегка приглушенным, когда я спрашиваю:

– Ты еще встречался с Эллисон?

– Нет! – тут же отвечает он, немного отодвинувшись, чтобы посмотреть мне в глаза. – Лола, я люблю тебя. Я уже говорил тебе, что не хочу быть больше ни с кем.

Кажется, внутри меня ослаб огромнейший узел.

– Хорошо, хорошо. – Я и сама не знаю, зачем про нее спросила. Но ведь он нравится Эллисон. Она для него доступный вариант.

Он глубоко вздыхает, прижавшись ко мне, и я практически ощущаю его вину.

– Я понимаю, что сделанное мною ощущается изменой. В общем-то я и сам так считаю.

Сдержав всхлип, я киваю:

– Это, конечно, несравнимо с настоящей. Оливер, я такая идиотка.

Он смеется:

– Хотя это так хорошо – наконец-то все обсудить. Наши чувства и произошедшее. И я не о тех чувствах, которые мы проговариваем во время секса. А здесь, на пляже.

– О да, – со смехом замечаю я. – Кажется, я даже рада, что мы не пошли в дом.

– Мы наделали бы столько шуму. Совершенно не похожего на разговор. – Он наклоняется и прижимается своим лбом к моему. Во мне взрывается отчаянная потребность в нем и болезненно-пьяняще растекается по телу.

– Оливер…

Но от отодвигается и, глядя на меня тяжелым от желания взглядом, все же решает продолжать разговаривать.

– Я так давно тебя хотел, – продолжает он. – И иногда это чувство так сильно разрастается, что меня начинает слегка мутить. Вскоре после того, как мы с тобой познакомились и я переехал в Сан-Диего, я пошел на свидание, и это была катастрофа. Потом приехал домой и много раз прослушивал твое сообщение на автоответчике. То был какой-то бессвязный монолог, как ты терпеть не можешь «Принглс», но звучало, будто признание в любви к ним. Я смеюсь. Знаю, про какое сообщение он говорит. – Тем вечером я кончил, слушая твой голос, – признается он, оглядывая меня потемневшим взглядом.

Мое сердце теряет ритм, и в груди формируется тепло, которое, устремляясь вниз, все ниже и ниже, разливается между ног.

– У себя в воображении я делал с тобой очень и очень откровенные вещи.

– Какие, например? – спрашиваю я.

– С участием языка, зубов и жесткого траха, – тихо произносит он. – Как буду кончать внутри тебя. На тебя. Через секунду после тебя, а иногда и до того, как ты успеешь, заставив потом тебя играть со мной, чтобы у меня снова встал. Я не могу отдышаться, не могу вспомнить, как сглотнуть. Его взгляд темнеет еще больше, когда он продолжает: – И то, что мы сделали в душе.

Внезапно я слишком остро чувствую, что он меня не целовал с тех пор, как мы пришли сюда. Что прошло уже больше двух недель, с тех пор как он прикасался ко мне. И куда больше времени, когда я могла себе позволить раствориться в тех ощущениях.

Склонив голову, он проводит губами мне по щеке:

– Твой черед делиться воспоминаниями.

– Я была увлечена тобой еще с Вегаса, но справилась с этим, когда решила, что ты не заинтересован. – Рассказываю я. – А потом я была занята релизом «Рэйзора» и просто в основном фантазировала о тебе.

– Правда?