Киевляне ушли, а варяги и нурманы двинулись дальше по основному течению к волоку, который соединял Дон и Волгу-Итиль. Девять кораблей. Пять нурманских, два варяжских и два – купцы из Самкерца. Подорожные были у всех, но оружие далеко не убирали. По той же причине, по которой стоявшие на восточном берегу хузарские городки были украшены наблюдательными башнями. В степи рыскали печенеги. И хоть эти печенеги считались
Ни у Харальда, ни у Рёреха не было желания нарываться на драку. Слишком много добра взято. Именно поэтому корабли шли вдоль западного, хузарского берега. Там можно было ночевать более-менее спокойно. Хозяева тех земель волновались больше, чем гости. Потому что гости такие… Подозрительные.
Торговать предлагали редко, но сами русы торговцев не искали. Надеялись пополнить запасы в Саркеле.
– Саркел скоро уже, – сказал Машег. – Увидишь его – поразишься. Вот это крепость!
Сергей видел Саркел. Более того, он его даже брал. В прошлой жизни. Но говорить об этом не стоило.
Отсчитывающий ритм барабан снизил темп. Сергей увидел, как Прастен переложил руль. Лодья взяла правее. Ух ты! Корабли. И много. Большая часть – торговцы, но есть и военные, судя по удлинённым корпусам.
– Убрать вёсла!
Вовремя. Один из кораблей взял в сторону и прошёл всего метрах в трёх от лодьи. Сергей увидел высокий тёмно-красный борт с задраенными вёсельными лючками.
– Бойся! – крикнули сверху по-хузарски.
– Сам бойся, вонючий выползень, родившийся из ослиной дырки! – завопил Машег, вскакивая на скамью и задирая голову.
Наверху загоготали.
Корабль прошёл мимо.
– Мочи вёсла! Не спать! – взревел Прастен.
Кажется, обошлось.
– Думал, он нас расхреначит, – проворчал Наслав, ворочавший веслом на скамье впереди.
– Ты лучше не думай, отрок, – посоветовал Мутур, варяг из киевлян, решивший вернуться на родину вместе с Рёрехом и сразу поднятый княжичем до десятника. – Кто ж станет о нас корабль портить. А вот вёсла поломать – это запросто.
– Зачем ломать-то? – спросил Наслав.
– А просто так, – хмыкнул Мутур. – Потому что может. Это ж хузары…
Он неодобрительно покосился на Машега.
– Верно говорит усатый, – Машег будто и не заметил недружелюбия киевлянина. – Хотели бы нас взять, закидали бы стрелами. Пустяковое дело. Тебя, Наслав, первого бы подстрелили.
– Чего это меня – первого? А может – тебя!
– С того, что ты большой, а я – маленький, – засмеялся Машег. – Гляди, Варт! Вон на том берегу, над виноградниками…
Да, Сергей тоже увидел. Белое чистое пятнышко. Саркел. Могучая крепость, построенная с помощью ромейских архитекторов на стратегически важном месте, переправе через Дон[48], но способная попутно контролировать ещё одну дорогу – волок между Доном и Волгой. Похоже, им повезло, что хузарская флотилия только что их миновала. Такое количество кораблей заняло бы волок недели на две.
Хотя везение – вещь относительная.
Проблемы начались, едва их корабли пристали к берегу.
– Десятая часть всех товаров! – Харальд скрежетнул зубами. – Я убиваю за меньшее!
Остальные угрюмо молчали.
Заявившийся из крепости мытарь потребовал доступ ко всему, что есть на кораблях. Мол, такой порядок. По поводу подорожной, выданной Песахом, заявил, что у булхацы здесь нет власти. Здесь правит тудун Сабриель.
Возмущены были все, включая примкнувших к флотилии купцов.
Но они же и внесли ясность. Десятина – нормальный налог для тех, кто хочет продать товары на здешнем рынке. Именно к этому подталкивал их здешний тудун-наместник, который то ли услышал, то ли сам догадался, что добра у северян – изрядно.
– Мытарей на корабли допускать нельзя! – заявил Харальд. – Дадим со всех пять тысяч дирхемов и довольно.
Пять тысяч дирхемов – это примерно пуд серебра. Огромное богатство. Если бы кто-то спросил Сергея, он бы сократил сумму вдесятеро. Чтобы не дразнить.
Но его не спросили. Озвучили предложение Харальда.
Таможенник среагировал ожидаемо. Глазёнки так и вспыхнули. Если северяне готовы так запросто выложить столько серебра, сколько ж всего у них добра?
Что плохо, без дозволения тудуна дальше пути нет. То есть по Дону они могут плавать, сколько хотят. А вот на Волго-Донской волок без разрешения саркельских властей не попасть. То есть попасть – можно. Но есть риск там и остаться. На суше у местных – безусловное силовое преимущество.
– Может, обратно вернёмся? – предложил Мутур. – Пойдём по Донелю в сиверские земли, а там по Сему[49] в Десну, к Смоленску…
В принципе, возможный вариант. Но чрезвычайно хлопотный.
Так что многие были готовы присоединиться к заявлению Харальда, то есть действовать силой. В конце концов, они – не какие-нибудь мирные купцы из Шемахи, а воины. И гарнизону Саркела численностью не уступают.
– Не хотят пять тысяч дирхемов – вообще ничего не получат! – рыкнул Харальд при полном одобрении и нурманов, и варягов.
