Напасть на столицу Византии – вот настоящее безумие. И настоящая дерзость. Эти многометровой толщины стены никто никогда не брал. И ни один вражеский флот не входил в Босфор с той поры, как у Второго Рима появились огненосные дромоны.Но Олег Вещий сделал это.Привел к Константинополю без малого тысячу кораблей.Громадное войско русов и словен осадило Царьград.Вот только осадить величайший город Средневековья – не значит его взять.А войти в пролив может оказаться проще, чем из него выйти.Грядут великие битвы и в них княжич варяжский Вартислав – рядом с Олегом Вещим. А временами - немного впереди. Он же Дерзкий, значит отвага у него в крови. И еще то самое безумие, без которого не бывает сокрушительных побед.И таких же сокрушительных поражений.
Александр Мазин
Варяг
Исключительно для удобства читателя — последовательность книг в варяжском цикле:
Варяг (2001)
Место для битвы (2001)
Князь (2005)
Герой (2006)
Язычник (2009)
Княжья Русь (2010)
Государь (2013)
Подсерия об Илье Муравлянине
Богатырь (2016)
Золото старых богов (2017)
Доблесть воина (2017)
Подсерия о Вартиславе Дерзком
Смерти нет (2021)
Дерзкий (2021)
Я в роду старший (2021)
Сквозь огонь (2022)
Мечи франков (2024)
Княжич Варяжский (2025)
Архонт росский (2025)
Архонт росский
Зима года от Рождества Христова 911-го, а от сотворения мира 6419-го[1]
Глава первая. Как правильно воспитывать колдунов
Выпад, уход с линии, полуповорот, шаг назад с широким круговым, шаг вперед с коротким смахивающим, длинный шаг с понижением и последний длинный-длинный-длинный выпад… Есть! Собранный из наколотых вершковых планок щит с треском разлетелся. Словно не наконечник шеста в него ударил, а обух топора.
— Во-от! — удовлетворенно произнес Избор. — Теперь хорошо. Теперь сильно.
Сергей выпрямился, посмотрел на конец шеста. Надо же, целый.
— Сядь и обдумай, как делал, — скомандовал ведун.
Сергей отошел к краю полянки, присел на пень. Это было непросто: обдумать. Потому что он именно делал, а не думал. Последовательность движений, повторенная много тысяч раз. И каждая деталька, каждое положение ступней, плеч, головы — выверено до градуса. Как подпись каллиграфа. Сергей мысленно повторил все, мгновение за мгновением вплоть до финала… Есть!
Ай да Избор! Если бы не усадил сейчас вспоминать, выветрилось бы. Ух ты. А ведь не в первый раз. Было уже. Прошлым летом, когда он печенежского хана перестрелял. Ночью. Пьяненький… Очень даже похоже… Татушка!
Сергей поглядел на странный рисунок на своей руке. Темно-серая спиралька-змейка с черточками, разместившаяся между большим и указательным пальцами. Хвостик немного не достает до запястья.
Сергей сжал кулак, вытянул руку… Точно! В таком ракурсе татушка уже выглядела не спиралькой, а… Нет, не получилось. Но ощущение помнилось. Цель словно бы прыгала навстречу. И пару минут назад было так же. На миг они совместились: его взгляд, татушка и центр тренировочного щита. И — раз! Щит вдребезги. Причем Сергей даже не ощутил сопротивления. Да что там, он даже собственного шага не запомнил. Миг — и щита уже нет.
Сергей попробовал «навести» татушку на ближайшую сосну… Ничего не изменилось.
И как это работает?
Ладно. Попробуем повторить в движении. Сергей встал. Шест в руку. Полшага назад, взмах…
Тоже не получилось. Вернее, получилось как всегда. Сергей покосился на Избора. Ведун взирал на ученика рассеянно, по-птичьи наклонив голову, ссутулившись. Очень странная поза. А еще Избор молчал, что для него нехарактерно. И, похоже, он не просто так стоял. Делал что-то.
Сергей попытался расфокусировать взгляд. Видеть невидимое…
Не увидел. В конюшне заржал Мар. Ударил копытом в стену.
Избор выпрямился.
— Иди облачись, — сказал он Сергею. — Гости к нам. Издалека.
Гости были и впрямь издалека. Целый князь со свитой. Правда, князь так себе. Самоназванный. Из лесовиков.
Приехали с подарками. Целые сани даров притаранили. Сами в мехах, ростом невеликие, коняшки мелкие, лохматые, чуть покрупнее оленя.
Встречал их не Избор, а полуволк. Уселся в воротах. Этакий живой предупреждающий столбик.
Гости поняли правильно. Внутрь заезжать не стали. Спешились.
Избор потомил их полчасика, потом вышел. Вместе с Сергеем, которому он сказал:
— Со мной пойдешь.
С ним так с ним. Сергею и самому любопытно. У ведуна для каждого знакомца и незнакомца было свое отдельное поведение.
Волчок убрался, приглашая войти.
Внутрь вошли шестеро. Причем две женщины. Предводительствовал крепыш в мехах. За пояс заправлен топорик, на груди — что-то вроде лунницы в виде птички с распахнутыми крыльями и мелкой головкой. Серебро с позолотой по краям, красные глазки-камешки. Да, этот, несомненно, главный. А те двое — охрана, похоже. Здоровенные, волосатые, копья не уступают весом нурманскому хогспьёту.
Пусть главным и был крепыш с лунницей-птицей, однако первым, помахивая чем-то вроде метелки из лисьего хвоста, шествовал четвертый. Надо полагать, колдун или жрец: увешан костяными и каменными оберегами по самое оно, еще и в бороду пегую вплетено полдюжины. На шапке обруч бронзовый с рожками пристроен. Вряд ли с целью от удара защитить. Тоже жреческая хрень какая-то. Точно не волох и не сварг. Кому служит, Сергей не опознал. В общем, какой-то лесной шаман[2]. Сергей в этом особо не разбирался.
А вот Избор оказался в курсе. Неуловимое движение руки, и в утоптанный снег перед жрецом воткнулся ножик. Не тот булатный, что Сергей преподнес наставнику, а обычный. И — небрежный взмах кистью: отхлынь.
Не послушался, дурачок. Некоторое время шаман с Избором бодались взглядами…
Наконец гость дободался. Избор ухмыльнулся неприятно, шевельнул пальцами за спиной и уронил:
— Варт, забери жизнь кебуна.
