Компоновать, впрочем, Петр Павлович предложил не традиционными европейскими полосками, а в стиле русских боевых знамен конца XVIII — первой половины XIX века. Помудрили немного и получили весьма забавное сочетание. На квадратном полотнище размещался косой Андреевский крест, выполненный в мальтийском стиле, где толщина полос от центра полотнища к его краям увеличивалась. Так вот, подобный крест укладывали в белой окантовке на бордовое поле, образуя, таким образом, еще один крест, вертикальный, также, в мальтийском стиле. В центре пересечения этих двух крестов лежало значительных размеров круглое поле черного цвета в белом ободке для эмблемы.
Почесав немного «репку» господа разработчики решили на этом варианте и остановиться. То есть, двинуться дальше. Однако попытка наложить медведя на подобное сочетание цветов привела Александра к ощущению чего-то неправильного. «Что-то не так, — думал колобок, доедая лису». Слишком не сочетались наглая и вальяжная фигура мощного медведя со строгой и элегантной гаммой полотна. Так что, как это ни прискорбно, пришлось великому князю возвращаться к орлу. Само собой, сделав себе зарубку не забыть про «мишку» и пристроить его куда-нибудь на государственной символике.
Использовать ту взлохмаченную курицу, что изобразил барон Кёне, Александр не хотел. Даже несмотря на то, что его картинка была выполнена в лучших традициях европейской геральдики. Этот орел смотрелся на новой цветовой гамме столь плохо, что даже медведь в исполнении индейца-самоучки из Парагвая выглядел лучше. Поэтому пришлось теребить историю, дабы вспомнить варианты различных исполнений этой популярной птички. Две недели ушли на то, чтобы подобрать подходящий вариант. То есть, результат, удовлетворявший и Александра и Петра Павловича был достигнут только лишь на переходе от Парагвая к Японии. Им стал двуглавый орел, выполненный в римско-египетском стиле. Эта птичка держала в своих когтях круглый венок из дубовых листьев, внутри которого размещался глобус мира, на котором отображался контур Российской Империи. А на груди пернатого создания красовалась красная пятилучевая звезда.
На этом и успокоились, решив изготовить первый экземпляр максимально качественно, для чего очень пригодилась Луиза, умевшая неплохо вышивать, впрочем, как и многие домовитые девушки того времени. К сожалению, к моменту десанта в Кагосиме штандарт еще не был готов, поэтому Саша пользовался старым — с медведем. Однако в Бангкоке, Кейптауне и Лондоне, Александр уже красовался под своим новым, личным штандартом, привлекая немало внимания к своей персоне. И именно под ним, вкупе с государственным знаменем Российской Империи, Саша и выступил в поход на Варшаву.
Как и предполагал великий князь, восставшие поляки готовили ему засаду. Недалеко от местечка Лапы, в котором располагалась железнодорожная станция, в лесу затаились около тысячи человек. Но хоронились они таким образом, чтобы быть незаметными только со стороны железнодорожных путей, на которых соорудили завал. Поэтому, передовая застава, в числе трех верховых, идущая сильно южнее по грунтовой дороге, смогла заметить их заранее и предупредить остальной отряд.
По всей видимости, поляки не знали, что Александр идет «своим ходом», а не едет в железнодорожном составе. Это было так непривычно для откровенно зажравшихся представителей императорского дома, что Людвиг Мерославский, диктатор восстания и, по совместительству, командир отряда, просто не мог этого предположить. По его мнению, для великого князя, который вот-вот станет цесаревичем, этот шаг бы неуместен. Что-то вроде урона чести и достоинства. Поэтому, когда поляки заметили странных солдат в черной форме, которых становилось все больше и больше на опушке ближайшего перелеска, то сильно удивились.
Лишь увидев знамя Российской империи, и соотнеся его со странной формой солдат, Людвиг решил, что это и есть Его Императорское Высочество. А потому спешно поднял всю засаду и густой толпой атаковал позиции великого князя. К слову сказать, Александр, умудрился вновь совместить прекрасно зарекомендовавшую себя практику совмещения стратегии наступления с тактикой обороны. Поэтому, тачанки были аккуратно развернуты, солдаты спешены и подготовлены к ведению огня, а лошади отведены в овраг.
