— Вполне. Процентов двадцать мы ближе к Томску переселили вместе с мужьями, дав их супругам назначения на новое место службы. Никаких нареканий. Кстати, к нам поступают просьбы по организации подобных школ не только для выкупленных трофейных японок.
— И как много просьб?
— Уже за сотню перевалило. Наиболее уважаемые жители Новониколаевска, Хабаровска и прочих городов Дальнего Востока просят.
— А по учебной программе что хотят?
— Ничего особенного. Чтение, письмо, счет, закон божий, а также несколько развивающих кругозор предметов на ваше усмотрение.
— Кстати, а почему Голицын мне об этом ничего не пишет? — слегка смутился Император.
— Написал. Я с его письмом и пришел, — улыбнулся фон Валь и протянул Императору конверт. — Вот его ходатайство. — Александр вскрыл письмо, бегло его прочитал и позвал секретаря.
— Павел Георгиевич, вот ходатайство Восточносибирского генерал-губернатора. Подготовьте, пожалуйста, ответ с полным удовлетворением прошения. По развивающим предметам впишите «историю и культуру России», с указанием на доработанную версию курса, преподаваемого аборигенам Намибии и Японии, а также природоведение и что-нибудь эстетическое, оставив на усмотрение генерал-губернатора. Пение там какое-нибудь, живопись, вышивание или еще что. Пусть он сам по ситуации смотрит.
— Хорошо, — кивнул Дукмасов и удалился из кабинета.
— Виктор Вильгельмович, — вернулся Император к разговору с фон Валем. — Есть у вас какие-нибудь сведения по населению этих островов? Как на них отразилась война?
— Северная и южная оконечность острова Ниппон практически полностью обезлюдела. Миль на двести с каждой оконечности. Там шли долгие бои, так что местное население просто пало жертвой столкновений. Основной же массив населения острова Ниппон сильно проредили голод, мелкие стычки, крестьянские восстания, а также военные наборы. Но, конечно, не такое страшное опустошение, как в оконечностях. Остров Шикоку примерно в том же состоянии. Он несколько раз переходил из рук в руки, и новые власти стремились вырезать всех, кто поддерживал их противников. Он сейчас, можно сказать, практически ненаселенный. Эдзо тоже пострадал, но много меньше центральных областей Ниппона.
— Можете обобщить?
— Я думаю, японские острова потеряли не меньше половины своего населения и влезли в такую долговую яму, из которой им не выбраться.
— Хорошо, тогда, пользуясь силами Тихоокеанской эскадры Русско-Американской компании, принуждайте Императора к миру.
— На каких условиях?
— Эдзо отходит к России. По малым островам сами смотрите.
— А сегун?
— Если Муцухито подпишет договор, то это становится нашей головной болью. Но, думаю, он сильно сопротивляться не будет. Вы ведь говорили, что он тяжело ранен и сейчас лежит практически пластом.
— Его войска не согласятся спустить флаг.
— Виктор Вильгельмович, за столько лет раздувания этой гражданской войны неужели вы не смогли подобрать агентов влияния в ставке сегуна, всецело зависящего от наших военных поставок?
— Вы же знаете ответ, — слегка улыбнулся фон Валь.
— Знаю. Поэтому сегун умрет от ран и будет выбран новый, который и сдаст свои войска русскому правительству. Там ведь социально-политическое ядро, которое крутилось вокруг сегуна, состояло из самураев?
— Остатки ядра. После стольких лет войны сословие самураев уменьшилось многократно. Просто погибло. Сейчас армии обеих сторон состоят преимущественно из крестьян, а самураи находятся на командных должностях. Да и то — не всегда. Слишком сильная бойня была. Можно сказать, что самураи в прошлом. Их искренне ненавидят широкие массы японцев, почитая виновниками гражданской войны. Ведь если бы не спесь сегуна, то все обошлось бы миром.
— И что, крестьяне не захотят сложить уже оружие и вернуться к своим полям?
— У многих из них ничего не осталось. В армии ведь бежали именно те крестьяне, деревни которых вырезали и сжигали. Они обижены и озлоблены. По боевому духу обе армии готовы сражаться до конца.
— Сколько у сегуна войск?
— Тысяч десять осталось.
— Много, — недовольно скривился Александр. — Влезать с десантом и разбивать их может оказаться чревато.
— Кроме того, личный состав обеих армий нас не любит, зная, что мы поставляем оружие их противникам.
— А что у нас со вторым дальневосточным полком? Он развернут?
— Да. Он полностью развернут и укомплектован. Вооружен, правда, плохо: «шарпсами» и «армстронгами».
— Хорошо. Значит, поступим так. Поставляйте войскам сегуна «шарпсы» и «армстронги». В долг. Мотивируя на вылазки за девушками на Ниппон для оплаты. Заодно постарайтесь провести агитацию, что Муцухито поддерживают англичане. Дескать, мы выбрали окончательную сторону, посчитав дело сегуна правым. Нужно снижать накал нелюбви к нам. После чего держим руку на пульсе. Основная задача — чтобы в мясорубке войска сегуна и микадо смогли нанести друг другу как можно больший ущерб в личном составе. Кстати, наш завод в Новом Орлеане справится с поставками оружия?
