Что тогда случилось? Ведь и в самом деле ничего особенного. Гром не грянул, стены не рухнули. Но появилась дверь. Высветилась жёлтой рамкой в стальной темноте карцера. Он тогда ничего не соображал от удивления и радости. Толкнул её изо всех сил, отчаянно. И дверь легко, бесшумно открылась. За ней оказался узкий коридор, который освещала тусклая, забранная в проволочный колпак лампочка. Цементный пол покрывала давняя пыль, а вдоль стен тянулись какие-то переплетающиеся трубы, чёрные змеи кабеля, отовсюду неслось низкое гудение, точно урчал нажравшийся свежатинки хищник.
Откуда же взялась дверь? Ясно, что раньше её не было. И не могло быть. Санитары – они не такие уж дураки, знают, куда запирать. Нет уж, хватит играть с самим собой в прятки. Дверь ему открыл
И кто же он тогда? Человек? Не похоже. Рука проходила сквозь него, точно сквозь клубы дыма, но зато он двигался, разговаривал, даже зачем-то снежок слепить пытался. Правда, ничего у него тогда не вышло. И Костя понял почему. Снег должен был чуток подтаять, а для этого нужны тёплые руки, живые. А
И всё же при мыслях о
Сергей пожал плечами. Ну что ж, принимать удар – дело понятное. И всё-таки он был слегка удивлён. Не словами Старика, нет, он давно ждал от Сумматора каверзы, но собственное спокойствие как-то не вязалось со случившимся. Почему нервы, эти перетянутые, готовые лопнуть струны, вдруг обвисли, точно бельевая верёвка, когда с неё сняли простыню? Почему не нужно стало играть, притворяться хладнокровным суперменом, почему всё выходит само собой? «Сабо сомой». Почему Старик показался вдруг смешным и жалким, куда делась его величавость? Странно всё как-то…
– Не понимаю что-то я вас, Сумматор. – Он удивлённо посмотрел на Старика. – Что вы хотите этим сказать?
– Да вы же и сами знаете, Сергей Петрович. – Старик взглянул на него исподлобья, устало и расстроенно. Глаза его оказались в красных прожилках, сизые веки набрякли. Давно не спал, бедняга. – Неужели вы и в самом деле полагаете, что нам ничего не известно? – спросил он, явно не надеясь на ответ. – Похоже, временами вы забываете, где очутились. У нас имеются такие методы, о которых вы не только не подозреваете, но даже и не вместили бы умом. Но прямо скажу – возможности наши не беспредельны. Иногда случаются и сбои. Только поэтому вам и удалось заварить кашу. От себя добавлю – весьма поганого вкуса.
– Сумматор, а давайте не будем говорить загадками, – хмыкнул Сергей, откинувшись на спинку кресла. – Мне, знаете, загадки надоели. И вообще спать хочется. – Он зевнул.
Спать и в самом деле хотелось. И в этом было что-то смешное, это не вписывалось в мрачные стены сумматорского кабинета, в паутину хитрых уловок, в грозящие ему неприятности. Но если разобраться, выходит, что и он, Сергей Латунин, не слишком сюда вписывается. Может, именно потому и влилось в душу неожиданное спокойствие?
