— Я боюсь не за себяяяяяя, — Эшли то сжимала, то разжимала ладони и нервно облизывала губы. — Ладно. Тут такое… В общем, я дружу с Астрид из «ТекБлаб». Ну не то чтобы совсем уж дружу… Можно сказать, с такой подругой и врагов не надо. Мы были в одном женском клубе в универе, и все такое, короче, я была в шоке, когда прочла ее пост. Она ведь тебя даже и не знает. Я не понимала, чего она так с тобой. И я ей написала, типа: «Эй, что за хрень?» — а она такая: «Привет, никого не касается, что я там запостила, если Ева мне это прислала».
Сперва Имоджин не уловила связи, но к тому времени, как лифт спустился в фойе и двери открылись, она поняла, что произошло. Ева пыталась ей напакостить. Ева подстроила этот мерзкий пост на «ТекБлабе». Ева — вероломная предательница… Корова! Имоджин почувствовала, как краснеет, но важно было, чтобы для Эшли она выглядела невозмутимой.
— Ева наверняка решила, что это сделает нам отличную рекламу, я уверена. Так и вышло. Смотри, сколько у меня подписчиков. Она на самом деле гений маркетинга.
Эшли явно стало легче. Теперь она выглядела довольной тем, что поделилась с Имоджин своими новостями.
— Так ты не сердишься? Я так и надеялась, что, может, ты не разозлишься. Ты всегда такая спокойная и клевая, не то что Ева, — сообразив, что она явно зашла слишком далеко, Эшли быстро заключила Имоджин в неловкие объятия и выскочила на улицу.
И что же, черт возьми, представляет собой Ева Мортон? Имоджин чувствовала, как ее охватывает ярость. В крови бушевал адреналин. Захотелось позвонить этой девчонке, наорать на нее, вырвать у нее из ушей эти кошмарные серьги-висюльки.
Нужно идти вперед. Дышать.
Дышать. Идти.
Кухонный стол Имоджин был завален фруктами и овощами. Тилли, семейная няня, в которой Имоджин нашла вдобавок младшую сестру — такую, о какой всегда мечтала, — вскинула руку, подавая знак, чтобы она пока не заходила и не шумела. Тилли снимала ролик, где Аннабель подробно рассказывала, какие ингредиенты нужны, чтобы приготовить идеальный авокадно-капустно-мятный смузи. У дочери было собственное чувство стиля — она надела слегка урезанную версию школьной формы, добавив к ней винтажный мужской блейзер, что делало ее похожей на миниатюрную модель Тома Брауна[61] или на диккенсовскую сиротку, следящую за модой. Имоджин это нравилось.
В прошлом году дочь до одержимости увлеклась приготовлением органических смузи. И настояла на том, чтобы процесс снимали на видео. В результате получались видеорецепты, где она была вроде молодой Алисы Уотерс.[62]
Аннабель долго упрашивала, умоляла, задабривала родителей, обещая им сделать блестящую карьеру на кулинарном поприще (порой не верилось, что ей всего десять), и в результате Алекс с Имоджин сдались и разрешили ей выложить свои видеорецепты на
У них ничего не вышло.
— Это моя страсть. Это станет моей работой. Что, если бы тебе разрешали работать над твоим журналом только час в день? — протестовала дочь. И Имоджин капитулировала.
К ее удивлению, ролики Аннабель пользовались популярностью среди девочек, не достигших подросткового возраста. Дочка объяснила, что ее ровесницы по всей стране тоже выкладывают в сеть кулинарные видео и все они подписаны друг на друга. Такое хобби не укладывалось у Имоджин в голове, но если говорить о том, чему могут посвятить себя несовершеннолетние дочери, то видео про приготовление полезных для здоровья смузи представлялось ей довольно безвредным занятием.
— И это все на сегодня, такая вот петрушка, друзья! — дочь жизнерадостно помахала в камеру.
— Такая вот петрушка? — Имоджин подняла бровь и улыбнулась.
Такая уверенная перед камерой, Аннабель вдруг смутилась.
— Я подумала, что это смешно, — робко сказала она.
Имоджин стало стыдно. Зачем она поддразнивает девочку?
— Это было очень мило. Я шучу. Думаю, это просто чудесно.
Аннабель закатила глаза и удалилась в гостиную.
Имоджин рухнула на один из кухонных стульев.
— Она сегодня обидчивая, — сказала Тилли.
Имоджин давно привыкла к тому, что няня знает о настроениях ее детей больше, чем она сама, и вопросительно посмотрела на Тилли.
— Я уверена, что беспокоиться не о чем, но сегодня на страничке Аны в
Она так и знала, что не следовало разрешать дочери выставлять себя на всеобщее обозрение в Интернете! Наверно, какой-нибудь старый извращенец в сыром подвале смотрел и пересматривал, как Аннабель делает смузи, а потом писал всякие мерзости, чтобы дать выход возбуждению.
Но Тилли успокоила Имоджин прежде, чем та успела хорошенько накрутить себя:
— Я уверена, их написала другая девочка. Язык совсем детский. Вот тут, смотри.
