На скалы у входа в бухту налетело рыболовное судно. В сумраке и из-за расстояния было не рассмотреть деталей; кораблик накренился, и волны перехлестывали через него, кипели между верхушек острых камней, и я скорее чувствовал, чем видел людей, мечущихся по палубе. Среди волн мелькали лодки, оранжевый катер береговых спасателей, но они не могли подойти ближе, боясь разбиться сами. А рыбаки не могли выбраться из кипящего котла. Внезапный шторм, слишком ранний для осени, высокая волна, сумерки, неопытность рулевого. Люди гибли буквально в сотне метров, на виду у всех, но остальные были бессильны им помочь.
А я здесь для того, чтобы увидеть их смерть.
Машина плавно въехала в город, крадучись двинулась между низких домов, и свет фонарей серебрил капли дождя, скользящие по стеклу. Темный магистр повернулся ко мне; во мраке его глаза блестели живо и азартно:
- Я все взвесил и решил, что вам действительно не хватает мотивации. Но раз уж собственная жизнь вас не волнует, то, может быть, другие... - он не договорил, но простой и жестокий план проступил во всей красе.
- Зачем я вытащил вас из камеры, Шеннейр? - помертвевшим голосом спросил я.
Разумеется, это не он заставил корабль налететь на рифы. Заклинатель уровня Миля вполне мог предсказать подобный исход, с точностью до места и времени. Это был просто... удобный случай.
На пристани толпились люди - в основном женщины в черных платках, проплывающие за стеклом размытыми силуэтами. Грохот прибоя заглушал крики; кто-то потянулся к подъехавшей машине, но, увидев семиконечную звезду гильдий, отвернулся.
- Ишенга успокаивал вулканы, - бодро напомнил темный маг.
Эмоции были как вода: холодные и соленые. Они бились о стены, наспех возведенные вокруг сознания, они переполняли его изнури, полные страха, ужаса, бешеного желания выжить... надежды... и паники, паники, паники. Я сполз с сиденья, пытаясь защититься, укрыться, и прошептал:
- Я не Ишенга.
- Это уже слишком, - неуверенно вмешался Эршенгаль. Его магистр цепко вгляделся в мое лицо, а потом легкомысленно пожал плечами:
- Нет - так нет. Поехали отсюда.
Внедорожник развернулся, и я со злостью рванул дверь, спрыгивая на мостовую. Эмоции слиплись, смерзлись в единый ком, оставляя после себя...
Пустоту.
Утих ветер, замерли люди и даже дождь, кажется, прекратился. Или это мне только так казалось? Не чувствуя собственного тела, я приблизился к краю пристани и потянулся к воде, приглаживая вздыбленные волны, ласково касаясь струй, вплетая в них собственную мелодию. Вокруг лишь покой ...
И море покорно легко у моих ног.
... покой, пустота и смерть.
Что-то с шорохом опустилось сверху, накрыло голову, и какой-то человек принялся вытирать мне лицо платком, придерживая за плечи. Я с недоумением следил, как белая ткань быстро становится красной, и как собственные пальцы трясутся от холода, пытаясь поправить соскальзывающий плащ. Море до самого горизонта застыло, словно в полный штиль, и в зеркальной поверхности отражались темно-синие тучи. Ровную гладь нарушали только следы от катеров: рыбаки уже покинули тонущий корабль, и до берега им оставалось всего ничего.
- Это было слишком, магистр, - резко повторил Эршен, но Шеннейр лишь рассмеялся, останавливаясь рядом с нами:
- Видите? Все просто.
Я молча посмотрел на него, а потом равнодушно соскользнул дальше, окутывая столпившихся на пристани людей уверенностью и спокойствием. Все хорошо... все будет хорошо. Слабое удивление с трудом пробилось сквозь пелену, призывая неохотно повернуть голову.
Море с шорохом отступало от берега, быстро обнажая каменистое дно. Издалека донесся слабый гул, и на границе воды и неба появилась темная, стремительно приближающаяся полоса.
- ...вы все умеете.
- Теперь я умею вызывать цунами? - озадачился я. Хорошо, что магия еще действовала, мешая людям вновь запаниковать, так что они просто стояли и пялились вперед. Плохо, что у меня совсем не осталось сил, даже на то, чтобы обрадоваться или испугаться. - Но, темный магистр, вопрос к вам. Бежать некуда, но вы же всех спасете?
***
...Мутные ручьи бурлили между домами и стекали обратно в море, унося с собой листья, ветки и прочий сор. Где-то вышибло стекла, где-то ободрало крышу и залило подвалы, и пасторальная Олива разом посмурнела, являя типичное зрелище городка, который не в добрый час посетили маги.
Хотя, если сравнивать с остальными примерами, от которых оставались груда обгорелых обломков, маги крайне вежливые и мирные. Раньше бы сказали, что море разгневалось, не получив жертву, но, скорее всего, волна стала ответной реакцией на магическое вмешательство. Поменялся ветер, поменялись течения, где-то потоки разомкнулись, где-то сместились, и вот результат. Светлые останавливали шторма только в крайнем случае, предпочитая уводить в сторону еще на этапе зарождения. Но Шеннейр и не собирался усмирять шторм, равно как кого-то спасать.