Десять горячих дней (СИ) полностью

      - Блядь, - тихо выругался он, плюхнувшись на лежак. Обняв шезлонг руками, он отвернулся от меня и затих.

      Я опешил. И что это всё значит? Меня снова отшили? Нет, нет, я просто себя накручиваю. Всё же хорошо. Всё хорошо. Точно хорошо. Лёшка же ничего плохого мне не сказал, не оскорбил, не унизил. Зачем я опять завожусь? Может, он разозлился на меня за то, что я разговаривал с Ильёй? Я гнал от себя плохие мысли, стараясь не выискивать в Лёхином поведении тревожных звоночков.

***

      Остаток дня мы провели вместе. Мы, как и раньше, беседовали с ним на разные темы: обсуждали фильмы, еду, погоду; купались в море, дурачились, загорали - в общем, делали всё то, что доставляло нам удовольствие.

      Ани и Лены поблизости не было, что сильно облегчало мне жизнь. Я так боялся их появления на пляже, что каждый раз нервно вздрагивал, стоило только увидеть приближающуюся к нашим шезлонгам женскую фигуру. Время шло, а девушки на пляже так и не появились.

      К вечеру я совсем расслабился и позабыл об их существовании. Этот день был самым лучшим за те семь дней, что мы провели в Турции. В идеале таким я себе и представлял отдых с Лёшей.

      Поужинав, мы снова отправились на море, чтобы посмотреть на закат. Солнце, утонув за горизонт, гасило последние лучи, стирая границы между белёсым небом и розовато-жемчужной поверхностью моря. Волны с шелестом накатывали на берег, лизали голые ноги, оставляя на песке влажный тёмный след. Я шёл рядом с Лёхой, держа в руке сандалии и загребая ступнями прохладную воду. Воздух был наполнен морской свежестью и запахом водорослей. Было так хорошо, так спокойно, что мне безумно захотелось прикоснуться к нему, взять его за руку, ощутить кожей его тепло, почувствовать близость.

      Переборов свой страх, я протянул руку и осторожно коснулся его запястья. Он вздрогнул и удивлённо посмотрел на меня. Я замер в напряжении. Поймав мой насторожённый взгляд, Лёшка сцепил наши пальцы и крепко сжал мою руку в своей твёрдой ладони. В груди восторженно заколотилось. С ума сойти, он взял меня за руку! Мои губы тут же растянулись в улыбке. От нахлынувшей нежности защипало в глазах. Господи, какое же это счастье - вот так идти по берегу моря, держась за руки. Я оглянулся, боясь, как бы нас не заметили. Я знал, что этот невинный жест мог навлечь на наши задницы серьёзные проблемы.

      Дойдя до уступа, скрывающего маленькую бухту от посторонних глаз, я остановился и повернулся к Лёшке. Его глаза сверкнули в полумраке, сцепившись с моим взглядом. Я дотронулся до его мускулистой груди и, приблизившись, коснулся губ невесомым поцелуем.

      - Макс... - испуганно зашипел он и смущённо отпрянул, озираясь по сторонам.

      - Здесь нас никто не увидит.

      - Не увидит, говоришь... - ещё раз оглянувшись, он притянул меня к себе и, обхватив руками, прижался. Меня тут же опалило жаром. Внизу живота сладко заныло.

      Лёха бесцеремонно смял мои губы, нагло ввинчиваясь языком в рот чуть ли не до самой глотки. От такого вероломного проникновения мои колени задрожали, позвоночник прошило возбуждением, выбивая из лёгких весь воздух. Голодные движения Лёхиного языка, орудующего у меня во рту, заставили меня потерять равновесие. Я с силой вцепился пальцами в его футболку, стараясь устоять на ногах. Лёха тихо заурчал, с жадностью впиваясь в мой рот и поглаживая одной рукой болезненно твердый член. Этот похотливый рокочущий звук вышиб из головы последние остатки мыслей. Я провалился в нарастающий любовный морок, бесстыдно шаря руками по крепкому мускулистому телу.

25

Лё­ха

      Не ус­пе­ли мы доб­рать­ся до но­мера, как я втол­кнул Мак­са внутрь и приш­пи­лил к сте­не, за­дирая его ру­ки и сры­вая с не­го фут­болку.

      О-о-о, блядь! Как я хо­тел это­го. Я ду­мал об этом це­лый день. Но, су­ка, как же страш­но...

      В гор­ле пе­ресох­ло, я нер­вно сглот­нул, по­нимая, что ещё нем­но­го, и моя ре­шимость от­сту­пит.

      Вне­зап­но ох­ва­тив­ший ме­ня ужас ско­вал те­ло. Тя­жело ды­ша, я при­жимал Мак­са к сте­не и не мог по­шеве­лить­ся.

      Да­вай же уже! Да­вай! Ну?! Ты же весь день об этом ду­мал...

      И тут я по­нял, что не смо­гу. Толь­ко не это... Я же ува­жать се­бя пе­рес­та­ну, ес­ли сей­час...

      А вдруг дру­гого шан­са не бу­дет? Макс - единс­твен­ный го­лубой в мо­ём ок­ру­жении, и я мо­гу ему до­верять. Да, блядь, я ве­рю ему! Я знаю, что он не ста­нет тре­пать о том, что меж­ду на­ми бы­ло и, воз­можно, ещё слу­чит­ся. Но, су­ка, как же страш­но... Я сде­лал шаг на­зад, от­сту­пая к сто­лу. На­вер­ное, я вко­нец опиз­до­умел от без­делья и ха­ляв­но­го ту­рец­ко­го пи­ва, ес­ли хо­чу про­вер­нуть та­кое...

      - Что? - Макс удив­лённо смот­рел на ме­ня. Без фут­болки, с го­лым тор­сом, он выг­ля­дел прос­то оху­итель­но.

      - Мо­жет, выпь­ем? - пред­ло­жил я, бо­ясь, что Макс пой­мёт ход мо­их по­хот­ли­вых мыс­лей.

      - Хо­чешь вы­пить?

      - Да, - про­роко­тал я низ­ким от воз­бужде­ния го­лосом.

      Плес­нув вис­ки в ста­каны, я тут же ма­ханул свою пор­цию. Макс, не прит­ра­гива­ясь к вы­пив­ке, про­дол­жал не­пони­ма­юще та­ращить­ся на ме­ня.

      Не об­ра­щая на не­го вни­мания, я на­лил се­бе ещё и вы­пил.