Десять лет в изгнании полностью

⁵⁴⁷ На самом деле г-жа де Сталь оставалась на месте не только потому, что боялась возможного ареста, но и потому, что с августа 1811 г. была беременна; она ждала ребенка от Джона (настоящее имя Альбер-Жан-Мишель) Рокки (1788-1818). Уроженец Женевы, Рокка воевал во французском гусарском полку в Испании, был тяжело ранен и, освобожденный от воинской повинности, возвратился домой, в Женеву. Здесь в начале 1811 г. он познакомился с г-жой де Сталь и больше с нею не расставался; их брак был узаконен только в октябре 1816 г., поэтому г-же де Сталь приходилось тщательно скрывать свою беременность от всех, включая родную дочь (Альбертине в 1812 г. исполнилось 15 лет). Официально утверждалось, что у г-жи де Сталь водянка (префект Капель в донесениях именовал эту водянку «девятимесячной» — CS. № 44. Р. 119). 7 апреля 1812 г. сорокашестилетняя г-жа де Сталь родила сына Луи-Альфонса Рокку (1812-1842) и только после этого, оставив новорожденного кормилице, смогла осуществить давно намеченный план и бежать из Коппе.

⁵⁴⁸ Рассказ этот г-жа де Сталь скорее всего слышала от Матье де Монморанси, объезжавшего тюрьмы в 1811 г. (см. примеч. 501). Осада испанского города Сарагосы французскими войсками — эпизод войны в Испании, которую французы вели с 1807 г. до самого крушения Империи; осада происходила в два этапа: первый длился с 15 июня по 14 августа 1808 г., второй — с 20 декабря 1808 по 21 февраля 1809 г., и лишь после этого Сарагоса пала.

⁵⁴⁹ Реплика аббата Рене д’Эспаньяка (1752-1794), парижского каноника, прославившегося как своим вольтерьянством (которого он, несмотря на свое духовное звание, не скрывал), так и участием в крупных денежных спекуляциях и до, и во время Революции; за присвоение 25 миллионов ливров, нажитых на армейских поставках, Эспаньяк был подвергнут суду революционного трибунала и в апреле 1794 г. казнен.

⁵⁵⁰ Сталь с юности очень болезненно реагировала на газетную клевету, жертвой которой становилась; ср. запись в дневнике Вильгельма фон Гумбольдта от 29 июня 1798 г.: «Г-жа де Сталь, говорят, так чувствительна к клевете, что порою проливает слезы над газетными страницами» (Humboldt. Р. 161). Такая реакция вполне естественна, если учесть, что именно газеты, причем как левого, так и правого толка, писали о г-же де Сталь; см., например, в якобинской «Газете свободных людей», выходившей под покровительством Фуше, обращение «Народа» к г-же де Сталь: «Не ваша вина, что вы уродливы; ваша вина, что вы плетете интриги» или характеристику ее в роялистской газете «Архангел Гавриил» как женщины, пишущей «о метафизике, в которой она ничего не смыслит; о морали, которая ей чужда; о добродетелях своего пола, которых она лишена» (Gautier. P. 40-41), «гермафродит», «проститутка», «амфибия», «чудовищное порождение Неккера» — определения, каких удостаивала г-жу де Сталь революционная пресса (см.: CS. № 53. Р. 23-52). Неудивительно, что в оставшемся неопубликованным сочинении «О нынешних обстоятельствах, могущих положить конец Революции» (1798) Сталь решительно отделяла книги, для сочинения которых нужны время и знания, от газет — сиюминутных публикаций, авторы которых легко путают правду с ложью и клеветой и не несут за это ответственности; Сталь выступала за право оскорбленных людей подавать в суд на журналистов и таким образом защищать свое достоинство. Ср. также примеч. 125.