822 В числе петербургских дам, с которыми общалась Сталь, были М. А. Нарышкина (см. примеч. 782) и графиня А. И. Орлова (см. примеч. 757), княгиня Евдокия Ивановна Голицына (урожд. Измайлова, 1780-1850), хозяйка литературного и светского салона (см.: Carnets. Р. 296; Голицына с 1801 г. жила в разводе с мужем, князем С. М. Голицыным; о знакомстве г-жи де Сталь с ее возлюбленным, князем М. П. Долгоруким, см.: Чистова И. С. Пушкин в салоне Авдотьи Голицыной // Пушкин: Исследования и материалы. Л., 1989. Т. 13. С. 190); графиня Мария Дмитриевна Нессельроде (урожд. Гурьева, 1786-1849), жена будущего министра иностранных дел, а в 1812 г. статс-секретаря императора К. В. Нессельроде, оставшаяся «очарованной умом г-жи де Сталь и ее простым обращением» (см.: Carnets. Р. 298); графиня Александра Григорьевна Лаваль (урожд. Козицкая, 1772-1850), жена Ивана Степановича Лаваля, французского эмигранта, при Павле I вступившего в русскую службу («Обед у г-жи Лаваль, изобилие фруктов и цветов» — Carnets. Р. 307). Наконец, к числу петербургских знакомых писательницы принадлежала жена М. И. Голенищева-Кутузова Екатерина Ильинична (1754-1824); письма к ней г-жи де Сталь из Стокгольма 1812 — 1813 гг. впервые опубликованы в: РС. 1872. № 5. С. 698-705.
823 Встреча в Або (шведское название финского города Турку) состоялась 27-30 августа 1812 г. по инициативе Александра I. Беседы проходили без свидетелей и не были записаны; результатом встречи стала русско-шведская конвенция, которая в военной своей части осталась невыполненной: Россия не предоставила Бернадоту войска для действий против Дании, а Швеция фактически вступила в войну уже после изгнания французов из России, летом 1813 г.; тем не менее встреча в Або оказала существенное влияние на развитие русско-шведских отношений; см.: ВПР. Т. 6. С. 545, 769-770. Готовность отступать как угодно далеко, но не заключать мира с Наполеоном, Александр неоднократно высказывал и накануне войны, и уже после ее начала как в устных разговорах, так и в переписке; в частности, еще до свидания в Або, 17/29 июля 1812 г., он писал Бернадоту: «Верьте мне, как война уже началась, то я твердо решился вести ее целые годы, хотя бы довелось мне сражаться на берегах Волги» (цит. по: Богданович. Т. 2. С. 25), а своему флигель-адъютанту А. Ф. Мишо в сентябре 1812 г. признавался, что готов во имя победы «отрастить бороду и есть картофель с последним из крестьян в глубине Сибири» (цит. по: Троицкий Н. А. 1812. Великий год России. М., 1988. С. 211). В РФР (ч. 5, гл. 4) Сталь также упоминает встречу в Або, подчеркивая стойкость Бернадота, отклонившего все посулы Наполеона и отказавшегося взять сторону Франции в войне против России.
824 В Петербурге осенью 1812 г. распространялись слухи о некоем письме Бертье, в котором тот сообщал, что «хотя и далеко зашло дело между Францией и Россией, но император французов не удален от возобновления согласия... и что свидетельствует почтение императору русскому» (Бакунина. С. 407). Повидимому, и русская мемуаристка, и г-жа де Сталь имеют в виду следующий эпизод: генерал Тучков 3-й, взятый французами в плен, был приведен к Наполеону; беседа их происходила в присутствии Бертье, начальника генерального штаба наполеоновской армии. Наполеон заверил Тучкова, что «император Александр был и будет ему другом», что он не видит в русских врагов и желает «прекратить миром военные наши действия». По настоянию Наполеона Тучков «в письме к брату описал весь свой разговор с Наполеоном» и показал его Бертье, после чего письмо было отослано в русский главный штаб и представлено Александру; ответа на него не последовало (Богданович. T. 1. С. 307-311).
825 Михаил Илларионович Голенищев-Кутузов (1745-1813) был назначен единым главнокомандующим всеми армиями еще до оставления Смоленска, 17 августа; 20 августа император объявил об этом Кутузову, а три дня спустя, 23 августа, фельдмаршал (которого Сталь по французскому обыкновению именует маршалом) покинул Петербург и направился в армию. Представление о том, что Кутузов «сменил» Барклая на посту главнокомандующего, было широко распространено в русском обществе; от своих петербургских собеседников его переняла г-жа де Сталь; анализ реального положения дел (Барклай командовал наиболее крупной 1-й Западной армией, но главнокомандующим никогда не был) см.: Тартаковский. С. 49-57.
826 Ср. в «Путевом дневнике» (записи рукою Альбертины с правкой г-жи де Сталь): «Князь Кутузов. Приятные манеры царедворца» (Carnets. Р. 303). Зрение Кутузова ослабело в результате ранения в голову, полученного в 1774 г. в сражении с турками, однако глаза, вопреки молве, он не терял.
