К ужасу Синди, он выхватил из поясной кобуры револьвер и прицелился ей прямо в сердце.
– Сюда! Ко мне! – отрывисто приказал он. – И не вздумайте совать руку в сумку.
– Что? Чего вы…
– Сюда, я сказал! – заорал Клинг.
Девушка немедленно подчинилась, не усомнившись в том, что еще секунда – и он точно ее убьет. Ей доводилось слышать истории о легавых, которые сходили с ума и открывали огонь по всему, что движется. Более того, у нее стало закрадываться подозрение, что перед ней вовсе не полицейский, а бандит, которого по некоей непонятной причине оставили здесь без присмотра.
– Вываливайте сумку на стол! – приказал Клинг.
– Слушайте, что, черт подери, здесь проис…
– Вываливайте сумку, мисс. – В голосе Берта слышалась угроза.
– Чтоб вы знали, я на вас за это в суд подам, – ледяным тоном произнесла девушка и, перевернув сумку, высыпала ее содержимое на стол.
Клинг быстро осмотрел вещи.
– Что в папке? – спросил он.
– Кое-какие материалы для детектива Кареллы.
– На стол.
Синди подчинилась. Развязав на папке тесемки, он сунул внутрь руку. В другой руке он держал револьвер, по-прежнему целясь в грудь девушки. Синди чувствовала, как внутри нее поднимается волна гнева.
– Ну что? Все в порядке? – наконец спросила она.
– Поднимите руки над головой. Как можно выше, – распорядился Берт.
– Слушайте, я не обязана…
– Мисс, – грозно оборвал ее Клинг, и девушка подчинилась. – Выше. Тянитесь выше!
– Зачем?
– Не будете тянуться, мне придется вас обыскать!
– Считайте, что нажили себе крупные неприятности, – предупредила девушка, но подчинилась.
Клинг с ног до головы окинул ее внимательным взглядом – не выступает ли где-нибудь спрятанное под одеждой оружие. Ничего подозрительного не наблюдалось – подтянутая девичья фигурка в белом свитере и юбке-карандаше. Округлости только там, где предназначено матушкой-природой.
– Ладно, можете опустить руки, – разрешил Берт. – Что вам надо от Кареллы?
– Я хотела передать ему кое-какие материалы – те, что лежат в этой папке. А теперь, может быть, вы соизволите объяснить…
– Мисс, – вздохнул Берт, – пару лет назад сюда точно так же, как и вы, пришла одна женщина, желавшая видеть Стива Кареллу, который в тот момент отлучился по делам. Тут были и другие детективы, но она желала видеть именно его. И сказала, что обождет здесь, точно так же, как и вы, открыла дверцу в перегородке, вошла сюда, после чего выхватила пистолет и заявила, что собирается убить Кареллу.
– Какое это имеет отношение… – нахмурилась девушка.
– Что поделаешь, мисс, – не дал ей договорить Клинг, – я всего-навсего тупой полицейский и сынок большой шишки. Я уж не припомню, сколько часов мы просидели в обществе той дамочки. Помню только, что сидели мы чертовски долго. Как говорится, обжегшись на молоке, дуешь и на воду.
– Понятно, – покивала Синди. – И что, вы теперь обыскиваете каждую женщину и девушку, которые к вам сюда приходят?
– Мисс, я вас не обыскивал, – возразил Берт.
– Вы со мной закончили?
– Да.
– Тогда можете обыскать самого себя. – Синди наградила полицейского испепеляющим взглядом, после чего принялась складывать вещи обратно в сумку.
– Дайте я вам помогу, – вызвался Берт.
– Мистер, держитесь от меня как можно дальше. Пистолета у меня нет, но, если вы попытаетесь приблизиться ко мне хотя бы на миллиметр, я врежу вам по башке туфлей.
– Слушайте, – примирительно начал Клинг, – если честно, когда вы сюда пришли…
– Никогда в своей жизни не встречала такого…
– …вы, мягко говоря, не лучились от счастья. У вас был кислый, раздраженный вид, и я, вполне естественно…
– …недоверчивого, грубого, несносного…
– …я решил, что вы…
– Заткнитесь! Сейчас я говорю! – рявкнула Синди.
– Слушайте, мисс, – рассердился Клинг, – если вы забыли, то напоминаю, что вы находитесь в полицейском участке, а я полицейский, и я…
– Всего лишь какой-то полицейский! – фыркнула Синди.
– Хотите, чтобы я вышвырнул вас вон?! – с угрозой в голосе осведомился Клинг.
– Я хочу, чтобы вы передо мной извинились! – заорала девушка.
– Ага, сейчас. Размечтались!
– Знаете, что я вам скажу? – сощурилась Синди. – Если у вас папаша большой начальник, это еще не значит, что вы имеете право…
– Да никакой у меня отец не начальник! – рявкнул Клинг.
– А говорили, что начальник! – крикнула Синди в ответ.
– Это потому, что вы нагло себя вели!
– Это я себя нагло вела?! – возмутилась девушка. – Да я…
– Я не стану терпеть от семнадцатилетней соплячки…
– Мне девятнадцать! Нет, мне двадцать, черт бы тебя подрал!
– Да хоть сорок! – заорал Клинг, и Синди, покрепче ухватившись за ручки сумки, попыталась ею ударить полицейского.
Берт инстинктивно прикрылся рукой. Сумка, налетев на его ладонь, раскрылась, и все барахло, которое Синди с таким трудом запихивала внутрь, вывалилось – теперь уже на пол.
