Он внимательно посмотрел на леди Оливию и Луизу, которые в этот момент опустились на колени около Фредерика.
— Они слишком заняты этим псом. Хотя… — Он нахмурился. — Мне непонятно, каким образом Оливия собирается подняться на ноги в ее состоянии.
— С ней все будет хорошо, — не задумываясь, ответила Аннабел.
Он повернулся к ней, вопросительно подняв брови.
— Ей еще очень далеко до…
— В обычной жизни я бы предположил, что такое утверждение — это голос опыта, но поскольку мне известно, что у вас нет никакого опыта, кроме меня, я…
— Я старшая из восьми детей, — оборвала его Аннабел. — Моя мать ждала ребенка на протяжении всего моего детства.
— Это объяснение не пришло мне в голову, — признался он. — А я не люблю, когда теряюсь в догадках.
Аннабел хотелось бы, чтобы он вызвал у нее неприязнь. Правда-правда. Но он делал это невозможным своей лукавой ухмылкой и… — что скрывать? — своим обаянием.
— Почему вы приняли приглашение Луизы в оперу? — спросила она.
Он отрешенно посмотрел на нее, хотя Аннабел знала, что мысли крутятся в его голове с тройной скоростью.
— Это ложа Феннивиков, — проговорил он, как будто у него не было другого объяснения. — Вряд ли мне доведется снова попасть на такое хорошее место.
Это было верно. Тетушка Луизы пространно разглагольствовала о прекрасном расположении.
— И потом, у вас был такой несчастный вид, — добавил он, — что трудно было устоять.
Она сердито взглянула на него.
— Честность во всем, — сострил он, — это мое новое кредо.
— Новое?
Он пожал плечами:
— По крайней мере, на сегодняшний день.
— И до вечера?
— Пока не доберусь до оперного театра — наверняка, — промолвил он с проказливой ухмылкой и, когда она не ответила тем же, добавил: — Ну же, мисс Уинслоу, у вас ведь есть чувство юмора.
Аннабел чуть не застонала. Было столько причин, по которым этот разговор не казался ей забавным, что она не знала, с чего начать. Причин не смеяться было столько, что это само по себе было смешным.
— Вам не стоит тревожиться, — тихо произнес он.
Она подняла на него глаза. Лицо его стало серьезным.
Не мрачным, не угрюмым, просто… серьезным.
— Я ничего не скажу, — сказал он.
Почему-то она поверила, что он говорит правду.
— Спасибо, — прошептала она.
Он склонился к ней и снова поцеловал ее руку.
— Я действительно сама скромность. Вторник — прекрасный день для знакомства с молодой леди.
— Сегодня среда, — поправила она.
— Неужели? Я вечно путаю даты. Это мой единственный недостаток.
Ей действительно очень хотелось засмеяться. Но она не осмеливалась привлечь внимание Луизы и леди Оливии, которые продолжали беседовать. И чем дольше они будут этим заниматься, тем лучше.
— Вы улыбаетесь, — заметил он.
— Вовсе нет.
— Но вам хочется улыбнуться. Уголки ваших губ подергиваются.
— Да с чего вы взяли?
Он хитро усмехнулся:
— А теперь подергиваются.
И он был прав, негодник. Он ухитрился вызвать ее смех… или, по крайней мере, улыбку… еще минута, и она не удержится… Неудивительно, что она попросила его поцеловать себя.
— Аннабел!
Девушка с облегчением повернулась на спасительный голос.
— Моя тетушка машет нам, — проговорила Луиза, и действительно, леди Косгроув стояла на противоположной стороне лужайки и бросала на них суровые взгляды.
— Полагаю, она не одобряет, что вы беседуете со мной, — сказал мистер Грей, — хотя я подумал, что присутствия Оливии достаточно, чтобы отдать дань приличиям.
— Не настолько я респектабельна, — пожала плечами леди Оливия.
Потрясенная Аннабел полуоткрыла рот.
— Она чересчур скромничает, — торопливо прошептала Луиза кузине. — Она просто… впрочем, это не важно.
И снова все всё знали обо всех, кроме Аннабел.
Аннабел горестно вздохнула, но не очень заметно. Не могла она вздыхать в таком изысканном обществе: это было бы крайне невежливо. Однако ей очень хотелось вздохнуть. Что-то внутри ее требовало именно этого.
Появилась леди Косгроув и немедленно вцепилась в руку Луизы.
— Леди Оливия, — произнесла она доброжелательным тоном. — Мистер Грей.
Те ответили таким же приветствием. Мистер Грей — изящным поклоном, леди Оливия — книксеном, исполненным такой грации, что это было просто загляденье.
— Я пригласила леди Оливию и мистера Грея присоединиться к нам сегодня в опере, — объявила Луиза.
— О, разумеется! — вежливо откликнулась леди Косгроув. — Леди Оливия, пожалуйста, передайте мои добрые пожелания вашей матушке. Я так давно ее не видела.
— Она немного простудилась, — ответила леди Оливия. — Но сейчас уже почти поправилась. Я уверена, что она будет очень рада, если вы ее навестите.
— Возможно, я это сделаю.
Аннабел с интересом наблюдала за этим обменом любезностями. Леди Косгроув не игнорировала резко мистера Грея, но после первого приветствия ухитрилась не произнести ни слова в его сторону. Это становилось любопытно. Неужели он был такой нежелательной в свете персоной? В конце концов, он являлся наследником графа Ньюбери, пусть только предполагаемым.
Ей нужно будет расспросить об этом Луизу. После того как она убьет ее за то, что та пригласила его в оперу.
