– Тогда это не «почти убил», дорогой мой Гром. Победа – это когда враг лежит мертвым у твоих ног. Золотой Лев мог выкинуть что-то еще, – сказал Хаос. – Он сильно пострадал?
– Да, глава, – кивнул Гром.
Спинэль покинул ножны. Воля Грома, Воля Меча, Воля Тела и Воля Концентрации объединились в сильнейший прием Грома – Богоборец – и клинок вошел в спину Хаоса, пронзив главу «Единства» насквозь.
Голова Хаоса опустилась. Он посмотрел на клинок и сказал:
– Ты попал мне прямо в сердце!
Маска Грома помогала видеть сквозь иллюзии. Верховный был уверен – его меч пронзил Хаоса. Тело главы «Единства» оказалось невероятно прочным, Гром думал, что сможет уничтожить всю грудную область, но вместо этого оставил только дыру размером с кулак – прямо на том месте, где находилось сердце. Кровь полилась по телу Хаоса, но глава «Единства» не придал ране большого значения.
В его ладонях собралась ярь, которая стала двумя копьями. Хаос уколол назад – и Гром быстро отступил.
– Гау! Эйфьо! – сказал глава «Единства», создавая в руках два каменных топора и покрывая их силой ветра.
– Грирро! – прокричал Гром, пронзая себя молнией.
За мгновение топоры и клинок столкнулись десятки раз. От ударов земля трескалась, а пространство разрезалось, на доли мгновения оставляя полосы без воздуха.
– Ты дождался, когда я буду тебе безоговорочно доверять! Как подло, Гром! – с улыбкой прокричал Хаос.
Сизая Тень переместила Грома за спину главы «Единства», но меч столкнулся с топором.
Это было правдой. Простого доверия было недостаточно, ведь тогда Хаос успел бы отреагировать. Нужно было добиться того, чтобы глава «Единства» доверял Грому так же, как себе самому. И правой руке Хаоса это удалось.
«Богоборец не сработает во второй раз», – подумал Гром, обмениваясь ударами с Хаосом.
После смерти Лени глава «Единства» вернул себе знания об оружии, кроме меча. Но главной проблемой была скорость: даже с Громовой Ласточкой Гром был только чуть быстрее Хаоса.
Каждый удар вытягивал ярь, и глава «Единства» получал гораздо больше. Битва на выносливость была не в интересах Грома.
Меч распался в пыль из тысячи ударов. В ответ Хаос отмахнулся от атаки широкими взмахами двух топоров, вызывая волны яри.
– Ты думаешь убить меня моими техниками? Как низко!
Пусть Хаос забыл о своих техниках все, он вел записи и попросил Грома показать приемы, которые передал. Глава «Единства» знал, как работают его техники, поэтому умел им противостоять.
Сработать могли только те техники, о которых Хаос не был в курсе.
Гром остановился.
– Я покажу новую технику, – сказал он.
– Жду с нетерпением, – с улыбкой ответил Хаос. Кровь из раны уже перестала течь, но сквозная дыра никуда не делась. Даже Желтый Флаг не мог затянуть ее быстро: электрические разряды пробегали по краям раны, подавляя регенерацию.
– Грирро.
Молния снова пронзила Грома. Нервная система, и так доведенная до пика, отдала себя всю без остатка, увеличив скорость реакции. Электрические разряды превратились в едва заметное бело-голубое одеяние, укутывающее Грома.
– «Громобежец».
– И в чем ее суть?
Вместо ответа на груди Хаоса появился разрез. Вот только Гром продолжал стоять на своем месте, будто ничего и не сделал.
– Бы…
На правом предплечье появился еще один разрез.
– …стро. Я понял, – сказал Хаос, взмахивая топорами.
Оружие прошло мимо, и на теле главы «Единства» возникла новая рана. Тогда Хаос шагнул вперед, но Гром оказался на том же расстоянии, что и до шага главы «Единства». И на левой руке Хаоса тут же закровоточила рана.
– Ты вывел скорость на пик! Но силы мало! – прокричал глава «Единства», размахивая топорами.
Ни один его удар не достиг цели. На теле появлялись десятки ран, и Желтый Флаг, которому нужно было что-то делать с дырой в груди, не поспевал лечить новые ранения.
«Громобежец» не просто делал Грома быстрее. Техника объединяла в себе пик скорости, мастерство владение Грирро, лучшую реакцию и особую атаку: Гром делал шаг вперед и резал самым кончиком меча, тут же отталкиваясь и делая шаг назад второй ногой. Атака получалась невероятно быстрой, но Хаос был прав: силы ей недоставало, особенно против главы «Единства». Гром не мог резать даже кончиком меча, вместо этого клинок проходил в двадцати сантиметрах от тела Хаоса, а раны оставляла Воля Меча.
«Он видит», – подумал Верховный.
Хаос видел его атаки, просто не успевал отреагировать. Когда Гром снова шагнул к главе «Единства», Хаос произнес:
– Фрито.
Поле боя затянул туман.
– Грирро.
Бежать не было смысла. Вместо этого Гром атаковал со всей силы – и молния настигла его перед телом Хаоса.
Клинок «загулял», удар пошел вниз, оставляя на бедре главы «Единства» глубокую рану до кости. И этого было мало.
У Громобежца, как и у Громовой Ласточки, был один недостаток. Нервная система под стимуляцией Грирро не могла выдержать другой удар молнии – и Хаос об этом знал.
Оба топора ярко засияли от двух разных техник. Хаос опустил их вертикально вниз, чтобы отсечь Грому руки, но клинок Верховного резко подался вверх.
«Достаточно», – пронеслась мысль в голове Грома.
