Агне, с элегантно уложенными волосами и развевающимся платьем, втиснулась между мной и судьей. Взяла меня под руку – ровно с той силой, чтобы дать понять, что при желании ее сломает.
– Я повсюду тебя искала! – Агне грациозно развернулась к Келтифану и слащаво заворковала: – Надеюсь, моя спутница не оскорбила вас безмерно, добрейший судья.
– Собственно говоря, – прорычал Келтифан, сузив глаза, – она как раз произнесла нечто, заслуживающее дуэли, будь мы в столице.
– О, как понимаю, она просто ужасна, не так ли? – Агне слабо махнула в его сторону с хитрой ухмылкой. – Она, знаете ли, из нижней стороны Катамы. Чувство юмора у них там внизу жутко непристойное, верно? – Агне взяла руку Келтифана в свою, стиснула. – Вы получили орден Почета Столицы, так ведь, сэр? Вы должны знать все о похабности нижней стороны?
Келтифан моргнул, потряс головой, словно не понимал, что творится. Я и сама-то едва понимала.
– Э-э, да, конечно, – произнес он. – У-ужасно непристойно. И все же…
– О да, полностью согласна. Похабность похабностью, однако манеры никто не отменял. Но вы же, безусловно, не станете держать зло на дурную шутку? – Агне недвусмысленно шагнула ближе, надула губы. – Она – моя единственная подруга здесь, сэр. Прошу, позвольте мне наставить ее на путь истинный вместо того, чтобы изгнать и оставить меня совсем одну?
Келтифан перевел взгляд с меня на Агне, мягко улыбнулся. Поднес ее затянутую перчаткой руку к губам, поцеловал.
– Моя прекрасная лань, я опозорю себя, если не исполню вашу просьбу.
Черт. Видимо, она и правда заслуживала считаться нашим очарованием.
Агне низко склонилась, прежде чем, едва не сбив меня на хрен с ног, уволочь в стремлении убрать меня от него подальше. Она притянула меня к себе и прорычала на ухо:
– Ты что, блядь, творишь?
– Выебываюсь. – Мы прошли мимо пафосной дамы, которая соображала слишком туго, чтобы заметить, как я выхватила у нее из руки бокал вина. – Знатно.
– Мы должны искать способ доставить сюда остальных, – зашептала Агне. – Чему совершенно не способствует твоя заметность.
– Моя? А сама-то?
– А что я? – фыркнула она.
Я обвела залу ладонью. Агне глянула на примерно дюжину мужчин, сбившихся в кучу и следящих за ней с обожанием. Она улыбнулась, изящно сделала ручкой и тут же учинила между ними спор о том, кому предназначался жест.
– Это не то.
– Как это не то?
– Потому что я манипулирую вниманием множества людей, которые иначе заметили бы, как ты ищешь место для портала, чем вообще-то и должна заниматься. – Агне фыркнула и поправила перчатки. – А еще я выгляжу великолепно. Ничего не могу поделать.
Я хотела вызвериться, но она и правда выглядела сногсшибательно.
– А какая, мать его, разница? – прошипела я, тыкая в оякаев над головой. – Эти дряни на виду у всех. Как мы, на хер, собираемся их отсюда вытаскивать?
Агне отмахнулась от моих переживаний.
– Не беспокойся. Джеро разберется.
– Как?
– Есть план.
– Какой план?
– Я… вообще-то не знаю. – Агне вздохнула, наблюдая за толпой. – Два-Одиноких-Старика – вольнотворец. Механик. Тот, кто собирает подвижные детали. Сами детали не знают свое назначение, но если механизм работает, они его выполняют.
– Отличная метафора, если б мы действительно были подвижными деталями, а не парой женщин, которых ждет ужасающее смертоубийство, если все полетит к чертям, – прорычала я. – Шанс чего куда выше, если учесть, что мы, сука, не знаем план.
Агне нахмурилась, пытаясь родить ответ. Когда не вышло, она просто опустила мне на плечо ладонь и вздохнула.
– Я тебя отсюда вытащу, – сказала она. – Что бы куда ни полетело. Обещаю.
Агне глянула поверх моей головы в другой конец зала. Между строем колонн свисали портьеры, но в просветах виднелись смутные очертания мебели. Толпа там редела от шумного сборища до считаных пар, устремившихся в полумрак. А большинство их так заняты своими бокалами или губами друг друга, что не заметили бы и пушечный залп, не говоря уже обо мне.
– Цель будет там, – прошептала Агне. – Туда еще никто не проходил, даже слуги, а я слежу весь вечер.
– Тем скорее кто-то заметит, что туда прошли мы.
– Об этом я позабочусь, – заверила Агне.
– Как?
– Я бы рассказала. – Она подмигнула. – Но ты выбесишься.
И Агне, развернувшись на пятках, грациозно прошествовала к центру залы. Огляделась, демонстративно уронила бокал, со звоном брызнувший стеклом, и мигом изящно прилегла рядом.
– Ох батюшки!.. – едва повысила голос она.
А с тем же успехом могла дунуть в военный рог.
К ней мигом ринулось поистине поразительное количество мужчин – и немало женщин. Юные маги-выскочки, бывалые воины, почетные гости – представители всех слоев общества смешались, сражаясь и браня друг друга в стремлении стать первым, кто поможет Агне подняться.
Пока вокруг нее собиралась, привлекая любопытные взгляды, толпа, Агне успела сверкнуть мне усмешкой и подмигнуть. Я мрачно воззрилась в ответ. Что это была за херь? Все силы осадника в ее распоряжении, а она просто, мать ее, упала и к ней сбежались все слюнявые рожи? Что это еще за дерьмо из-под птицы…
Ого, а она была права. Я действительно обозлилась.
