– Мне неловко вам, человеку, это объяснять, но, кроме тела, есть еще что-то. Но вернемся к вашим ощущениям. Машина, которая имеет честь вам служить, есть образец очень надежного механизма со сложной, неоднократно дублирующейся системой управления.
– Знаешь, Лифи, на Земле у меня тоже есть машина – автомобиль «мерседес». Это одно из самых надежнейших средств передвижения. Но когда зимой в тридцатиградусный мороз я еду, скажем, из Москвы во Владимир, мне становится не по себе, если я думаю о том, что какой-нибудь агрегат может выйти из строя. Хотя умом понимаю: что с ней может произойти? Она же железная!
– Во-первых, техника не вся железная. И вообще, железо не признак надежности.
– Ладно, ладно, не лови меня на слове.
– Итак, состояние блаженного спокойствия достигается не только техническими характеристиками машины и даже не безупречной системой оповещения и совершенными возможностями оказания помощи бедствующим.
– А чем же еще? – удивленно воскликнул Сергей.
– Моими интеллектуальными способностями, умением поддержать в трудную минуту задушевной беседой.
– Ну ты уж хватил! О какой задушевной беседе может идти речь, если ты всего лишь машина, без души?
– Никто не знает, где заканчивается искусственный разум и начинается душа, – грустно ответил Лифи.
Флерову стало стыдно. Он замолк. По телу разлился горячий поток нежных чувств.
– Лифи! Я тебя обожаю! – искренне произнес Сергей. – Интересно, как бы к тебе отнесся Вулеев?
– Мне тоже очень легко с вами работать. Вы лучший из тех, с кем мне доводилось вступать в контакт.
– А что ты можешь сказать о членах Экстана?
– Не имел чести сканировать их код. Могу сказать об Олеге.
– Что ты знаешь о моем закадычном друге? – с недоверием воскликнул Флеров.
– Он действительно ваш друг. В мелочах может показаться, что он соперничает с вами, но в главном он искренен и готов ради вас на самопожертвование. Ваше представление о нем как о надежном партнере даже, может быть, немного занижено.
Фион открыл глаза в теле Флерова. Он лежал в постели. Не шевелясь, он осмотрелся: небольшая, но уютная комната, поверхности стен, потолка обиты светлой вагонкой и покрыты бесцветным лаком. Мебель изготовлена из такого же светлого дерева и немного грубовата – как говорят, дачный вариант. Единственная вещь, которая обращала на себя внимание добротностью, это кресло-качалка, тоже из дерева, но темного, с красивой резьбой, массивными элементами, с шелковыми подушками, прикрепленными к сиденью и спинке.
– Да, дерево здесь не экономят и затыкают им все дыры, то есть потребности, – сказал он себе вслух и удивился своим же словесным оборотам.
Убедившись, что ему ничего не угрожает, он приподнял голову, а затем привстал на локте. Рядом в постели лежала женщина, по шею укрытая простыней. Фион встал с постели, взял халат, лежавший рядом на стуле, надел его на свое абсолютно голое тело и пошел обследовать дом. Он медленно передвигал ноги, шаркая по полу.
– Мышцы нужно подкачать, сердце и печень подправить, а так в основном терпимо. Мозги лучше, чем я ожидал, – отметил он вслух сам себе, заодно еще раз опробовав свой голос.
Он нашел ванну, распахнул халат и посмотрел на себя в зеркало.
«Не фонтан, но трогать не буду, а то может обидеться», – подумал он, рассматривая тело Флерова, в которое он временно переселился.
Где-то зазвонил телефон. Фион медленно побрел по комнатам на звонок. Телефон был в столовой. Он взял трубку и сказал:
– Да!
– Серега, это ты? Всегда «алёкал», а сейчас «дакаешь»? Ох, неспроста это! Что ты молчишь? Это я – Олег! – услышал он в трубке.
– Олег Вулеев?
– А кто же еще? Ты не заболел? Хочешь, я сейчас приеду?
– Хочу.
– Тогда жди, скоро буду. Может пивка захватить?
– Да, можно, – ответил Фион и добавил про себя: – С печенью теперь понятно, можно не трогать, отойдет.
Вулеев вошел в столовую комнату без стеснения. Было видно, что он здесь часто бывает и чувствует себя как дома. Фион сидел за столом и жевал бутерброд с маслом.
– Что с тобой? – спросил Олег с порога.
– Со мной ничего.
– Ты какой-то не такой, как всегда. Обиделся, что ли, на меня? Только не пойму за что? Мы вроде все выяснили.
– Я не Флеров.
– Так. Становится весело.
– Меня зовут Фион.
– И ты с планеты Эдо, как и Яна? – с иронией спросил Вулеев.
– Да.
– Я все понял, она тебя заразила. Ты тронулся. Где Яна?
– Там, в спальне.
Вулеев пошел в спальню. Подойдя к двери, он постучал. Не услышав ответа, он открыл дверь и вошел. Подойдя к кровати, он наклонился и заглянул в лицо спящей.
– Что-то бледная она сегодня. Он что, из нее кровь сосал? – спросил Вулеев вслух сам себя.
– Она в апокалиптическом сне, – пояснил бесшумно подошедший сзади Фион.
– Не понял. Зачем ты это сделал? Ты и впрямь «поехал»?
– Яна покинула это тело и оставила его в режиме поддержания. Это тело можно сохранять в таком состоянии два месяца, до тех пор, пока не решится вопрос о продолжении эксперимента. Я об этом позабочусь.
Вулеев стянул простынь. Яна лежала совершенно голая, без видимых признаков жизни.
