— Но это же… — выдохнула библиотекарша с таким видом, словно увидела перед собой настоящего дракона. Хотя кто эту грань знает? Может, драконы здесь встречаются чаще, чем камеры.
Повисла недолгая пауза, после которой Марта с тем же изумлением закончила:
— Фотоаппарат.
— Правильно, — обрадовавшись ее осведомленности, подтвердила я. — Собственно, мое предложение связано как раз с ним. Я бы хотела организовать небольшой бизнес…
Заметив, как исказилось ее кукольное лицо, я поспешно пояснила:
— Легальный. Никакого зелья, никаких проблем с зеррами и законом. Просто хочу проводить фотосессии и предлагаю вам принять участие в первой из них. С вас приятная внешность, с меня — идеи и фототехника. Съемку можем провести в любое удобное для вас время, но желательно либо ранним утром, либо вечером, тогда более благоприятный свет. Начать планирую у моря.
Если говорить простонародным языком, Марта обалдела. Серьезно, лучшего цензурного определения и не придумать. Ну да, не каждый день к тебе заявляется ликой, вооруженная фотоаппаратом, и предлагает бесплатно провести индивидуальную фотосессию!
— Х-хорошо, — наконец с запинкой согласилась Марта. — Только я… боюсь, не совсем понимаю, что от меня потребуется. У нас такого… никто не делает.
— Никто не фотографирует, ты хочешь сказать? — уточнила я и без перехода спросила: — Ничего, что на ты? Кстати, ко мне тоже можешь обращаться без всяких фамильярностей, просто Маргарита.
Если можно обалдеть в квадрате, то после моих последних слов именно это Марта и сделала.
Поскольку она оторопело молчала, разговор продолжила я:
— Почему такого никто не делает? Да, я знаю, что фотоаппараты в этом мире — редкость, но они ведь все-таки есть.
Взяв себя в руки, библиотекарша отмерла:
— Да, вы правы, фотосъемка — явление редкое, и простым людям она практически недоступна. Но вообще процесс фотографирования всегда происходит в специальных помещениях, к нему долго и тщательно готовятся. А еще, как говорят слухи, это очень изнуряюще, поскольку приходится долго стоять, не шелохнувшись. На природе, насколько мне известно, никто не фотографирует. Хотя я, конечно, могу ошибаться…
— Подожди-подожди… — осмысливая полученную информацию, удивилась я. — Ты говоришь, приходится долго стоять не шелохнувшись?
Марта кивнула, а я призадумалась. Неужели здесь в ходу только старые модели фотоаппаратов? Можно сказать, прародители нынешних. Те, в комплекте с которыми обычно шла фраза «Смотри, сейчас вылетит птичка!» Странно… Федя вроде говорил, что фотоаппараты здесь периодически подзаряжают. Или он имел в виду технику в общем, а про фотоаппараты додумала я сама? Старые модели же ни в какой зарядке не нуждаются… А-а, и ладно! Какая разница? Как бы то ни было, чем меньше конкуренция, тем для меня лучше! Это вам не та грань, где в каждом городе «фотографов» пруд пруди, и называет себя таковым каждый, впервые взявший в руки камеру…
В итоге о фотосессии мы с Мартой все-таки договорились. И если сперва я опасалась, что она согласилась на съемку исключительно из страха передо мной, то к концу разговора я абсолютно ясно видела испытываемый ею интерес. Значит — сработаемся.
Как и собиралась, я вознамерилась посетить кафе, чтобы запоздало позавтракать, но попавшийся мне по пути магазинчик несколько скорректировал планы. Желая увидеть новые места в Морегорье, я специально пошла до кафе другой, более длинной дорогой. Наверное, неказистый с виду магазин, ознаменованный местами проржавевшей, поскрипывающей на ветру вывеской, я бы даже не заметила, не выйди из него посетитель. Этот самый посетитель — обладатель трех подбородков и внушительного пуза, о чем-то задумавшись, едва не сбил меня с ног и, пробормотав скупые извинения, кажется, даже не заметил, что столкнулся с ликой.
Именно это столкновение и вынудило меня задержаться, а невольно прочитанное название на вывеске — войти внутрь. Это был магазинчик всякой антикварной всячины. Продавец — ничем не примечательный мужчина средних лет в безразмерном клетчатом пиджаке при моем появлении как будто уменьшился в размерах и спрятался за кассовым аппаратом. К слову, именно кассовый аппарат стал первым, на что я обратила здесь внимание, — прежде в Морегорье мне ничего подобного видеть не доводилось.
Я всегда питала особую слабость к магазинам, где продавалась всякая не очень нужная, но милая сердцу мелочовка. Разнообразные предметы декора, красивую посуду, статуэтки и часы я могла рассматривать бесконечно долго. Хотя покупала что-то подобное редко, предпочитая не захламлять свою квартирку.
Среди товара взгляд выцепил и откровенную рухлядь, и любопытные вещицы, и настоящие сокровища. Ко вторым можно было отнести нечто наподобие китайских колокольчиков, отзывающихся мелодичным перезвоном при малейшем сквозняке; красивые подставки для чая и миленькие диванные подушечки, украшенные ручной вышивкой. А вот к последней категории, то есть к сокровищам, я с ходу отнесла стационарный телефон — черный, с массивной ручкой, такой бы причислили к антиквариату даже по ту грань!
