Десятый человек полностью

Это, конечно, может быть сказано только личным местоимением «Я». Но, принимая во внимание, что, с одной стороны, «Я» как существительное подразумевает либо ноуменальность, либо феноменальность, с другой стороны, как местоимение оно не подразумевает ни то ни другое. Свободное от каких бы то ни было качеств, оно выражает начало начал феноменов, источник того, с чьей помощью феномены проявляются и во что полностью погружаются в субъективизации.

Никакие слова или формы слов, никакие звуки или символы не могут обозначить смысл «Я», которое Рамана называл «Я – Я», но даже этот санскритский оборот недопустим, хотя лучше не скажешь. Почему? Просто потому, что сама попытка выразить, то есть объективировать это, будет отходом от того, что оно есть, отходом от того, что отходит.

Любая мысль – объективизация.

Чего? Того, что Я есть.

Следовательно, Я могу объективировать то, что Я есть?

Действование через промежуточный объект от момента к моменту в качестве промежуточного субъекта, то есть «феноменального субъекта», – такая мысль не может объективировать или создать объективизацию того, что-Я-есть, поскольку то, что Я есть, – это то, что есть мысль, а опосредованная мысль не может помыслить саму себя.

«Непосредственную мысль» Шэньхуй определил как «абсолютную мысль», иногда ее переводят как «мысль Абсолюта». Жизнь согласно абсолютной мысли – это неопосредованная жизнь, которую я обозначил термином «жизнь без волеизъявления», или у вэй, как жили Учители.

Жизнь согласно опосредованной мысли – это жизнь тех людей, которые путают промежуточный субъект с сущностью из-за иллюзии его действования и отождествляют себя с ним, оказываясь, таким образом, в иллюзорной связанности. Опосредованная мысль все объективизирует, поскольку объективизация – это и ее функция, и то, чем она является. Она объективизирует все вещи, кроме себя, поскольку это не вещь, и Это, то есть непосредственную мысль, она не может сделать объектом.

Но непосредственная, или абсолютная, мысль – это процесс объективизации того, что-Я-есть, то есть того, чем мы являемся как воспринимающие существа, это процесс, создающий видимую вселенную и поддерживающий ее в видимой непрерывности, которая представляет собой временнόй аспект пространства-времени. Она не может объективировать себя в каком-то ином виде, кроме как в виде этой видимой вселенной, поскольку она не может, непосредственно или опосредованно, объективировать себя как-то иначе, кроме как в виде феноменов, ведь сама по себе она не имеет объективных качеств, чтобы восприниматься как объект. Попытки самообъективизации посредством промежуточного субъекта, таким образом, возможны лишь через восприятие отсутствия, преобразованное в понятие «Пустоты», поскольку то, что воспринимается, пусто, лишено всех объектов, и тогда это – объектное проявление того, что-Я-есть. Феноменально то, что Я и все воспринимающие существа есть субъективно, – это пустота объективности. Будучи абсолютно необъектным, то, что мы есть, – это недоступный восприятию источник всего, сам не существующий как «что-то».

Что касается его природы, указания сведущих никогда не выходили за рамки таких понятий, как «свет», «цвет», «блаженство», «бесконечное осознавание», на санскрите «сат-чит-ананда», подразумевая невыразимое самосознание, свободное от «формы», «силы», «характеристик» и вообще каких бы то ни было качеств. «Я» можно концептуально проиллюстрировать как «безграничную потенциальность», непроявленную дхьяну, проявляющуюся посредством праджни – ее познающего проявления, которая в качестве «мысли» является субъектом этих наблюдений.

Когда опосредованная мысль замирает, остается непосредственная мысль, вездесущая и вечная, и таково то, что Я есть, но она никогда не сможет описать, что она такое, поскольку тогда она будет описыванием того, что описывает то, что описывается.

Непосредственная мысль, неконцептуальная и, следовательно, недвойственная – то есть не расщепленная на субъект и объект – будучи тем, что есть, не может быть связанной.

Не должно быть никакой разницы, избавляемся ли мы от «себя» или «других», поскольку избавление от одного из двух устраняет обоих.

Метод, предложенный Учителями, заключается в «прекращении думания», поскольку тогда ни «я», ни «другие» больше не существуют. Выражение «прекратить думать» означает прекращение думания от лица какого-то «я», так как чистая мысль, «абсолютная мысль», «непосредственная мысль», «единственная мысль» (то есть недвойственная мысль), у нэн, – это то, что есть мысль, когда нет мыслящего.

У Вэй

Жить тотально – значит перестать жить частично, как мы обычно это делаем, то есть «жить» не больше, а меньше, в контексте намеренной жизни.

Перестав жить намеренно, мы неизбежно будем жить тотально, что называется у вэй.

Тогда больше не останется конфликта между ноуменальностью, которая есть мы, и концептуальной «сущностью», представляющейся неким «я», – конфликта, вызывающего страдание и ощущение связанности.